Книга Муцянь, страница 44 – Джин Соул

Мяньшу Чэнь Ло сорвал и теперь дышал полной грудью. Воздух у реки был сырым и влажным, но казался Чэнь Ло пределом свежести и чистоты.

Вот уж верно, всё постигается в сравнении.

На другом берегу реки Чанцзян был посёлок с одноимённым названием. Чтобы переправиться через реку, нужно было нанять лодку, или разыскать брод, или пройти по подвесному мосту.

— Только не вброд, – сказал Сяоцинь, – я плавать не умею. А ты?

Плавать Чэнь Ло умел, но ему не хотелось мочить ноги, в сапоги ведь и вода набраться может, а если река окажется достаточно глубокой, то и одежда промокнет, суши её потом. Река не казалась бурной, но, как говорят, «чем спокойнее вода, тем сильнее течение». Быть унесённым рекой – участь незавидная. Из Чанцзяна нередко доставали утопленников, принесённых сюда течением. Становиться одним из «речных скитальцев» ему нисколько не хотелось.

— Только не вброд, – согласился Чэнь Ло с Сяоцинем.

Лодочник доверия не внушал: горький пьяница, завсегдатай питейного дома. Лодка у него была старая и пропускала воду. Если опрокинется и затонет на середине реки, где самая глубина и подводные течения, – это верная смерть. Как лодочник ещё не потонул – воистину загадка.

— Я в эту лодку не сяду, – категорично сказал Сяоцинь, и Чэнь Ло опять с ним согласился.

Оставался только подвесной мост. Раскинули его через реку ещё во времена молодости градоначальника Чэня и с тех пор не чинили. Чэнь Ло не понимал, зачем делать подвесной, когда можно было выстроить настоящий крепкий мост. По подвесному не перегонишь скот, не взъедешь на лошади – в этих случаях использовали брод. Как будто он предназначался лишь для того, чтобы испытать чью-то смелость: детвора из Мяньчжао и Чанцзяна частенько устраивала перебежки через мост.

— Этот мост ничуть не лучше лодки, – потрясённо сказал Сяоцинь.

Доски моста местами прогнили и переломились, верёвочные перила обвисли, и вся эта шаткая конструкция раскачивалась на ветру с такими заунывными скрипом и скрежетом, точно это был мост не через Чанцзян, а прямиком в ад. Слабым утешением было, что мост подвешен невысоко: если и упадёшь в реку, то хотя бы не разобьёшься.

— Не развалился же он за все эти годы, – нарочито небрежно сказал Чэнь Ло, – ходят по нему как-то люди и ничего.

Сяоцинь услужливо отошёл в сторонку и обеими руками сделал приглашающий жест. Старшие должны показывать пример младшим.

Чэнь Ло сглотнул комок в горле и поглядел себе под ноги. Первой же доски у моста не хватало, нужно было не зайти, а запрыгнуть на мост, чтобы начать переход. Неуклюжим Чэнь Ло не был, но спину оттягивал аптекарский короб. По счастью, ноги у него были длинные, а ударить в грязь лицом перед мальчишкой не хотелось, так что Чэнь Ло ухватился за верёвку и перешагнул на целую доску. Мост закачался, и Чэнь Ло подумал, что второй шаг ему нипочём не сделать. Трусом он не был, но и сердце тигра не съел.

Он обернулся и поглядел на Сяоциня. Тот явно за него переживал, хотя мог бы насмешничать над нерешительностью спутника. Это Чэнь Ло несколько приободрило, и он сделал пару шагов вперёд, но на третьем доска под сапогом надломилась, нога ухнула вниз. Чэнь Ло мёртвой хваткой вцепился в верёвочные перила и попытался высвободить ногу. Мост надсадно заскрипел.