Книга Персонаж, страница 114 – Павел Ковезин

— Всё, пойдём отсюда, – сказал я и направился вместе с ней к выходу.

— Кто ты вообще такой? – спросила девушка.

— Строитель, – быстро ответил я.

— И что ты строишь?

— Воздушные замки, которые потом почему-то разрушаются.

– Остался один, «строитель», – послышался хриплый голос Слоун позади.

Девушку звали Юлей. Я привёл её домой, успокоил и угостил ужином, который остался в холодильнике. Времени до истечения срока оставалось совсем ничего. С минуту на минуту должна была прийти эта бешеная. Я провалил задание. Значит, придётся и мне посмотреть в лицо смерти. Юля принимала душ, когда ко мне пришла Слоун.

— Ты не справился! – всё в том же неопрятном виде она появилась на том же светлом диване с ещё одной зажжённой сигаретой.

— И что теперь? Убьёшь меня? – спросил я, сев напротив.

— Да.

— Но тебя же не существует, – ответил я.

— Какой же ты идиот, – сказала Слоун, – я существую. В твоей голове. Ты сам меня создал, не забыл, нет? Я – результат твоих попыток написать хорошую историю. Как ты там любишь говорить – «творцы частенько бывают не в себе»?

Я сходил с ума. Меня бросало в дрожь. По вискам начал течь холодный пот.

— Ты застрял на вершине своих страхов, – продолжала Слоун, – ты боишься людей. Ты боишься написать плохой текст. Ты боишься, что никогда не найдёшь настоящую любовь. Поэтому играешь со своими персонажами.

— И что в этом плохого?! – крикнул я. – Это моя работа.

— А то, что мы не игрушки. У нас тоже есть чувства. И как видишь, мы можем дать о себе знать, используя «дыры» в твоём больном мозгу.

Я не знал, что ей ответить.

— Ну что, – Слоун выпустила дым, – время умирать?

— За что?! За что, блять?! – вскипел я. – За последние сутки я спас двух человек!

— Одного из которых сам же довёл сначала до самоубийства, – спокойно ответила она.

— Зато теперь он будет думать, прежде чем вламываться к людям домой и искать причины снаружи, хотя они спрятаны глубоко внутри.

— Хорошо сказал, – Слоун затянулась сигаретой, – а сам-то ты разве не также поступаешь?

— Что?

— Ты как сайгак бегал по городу 24 часа, пытаясь найти самоубийц. Самоубийц! – громче повторила она. – Я что-нибудь говорила про суицид? Ты мог спасти людей от любой смерти, от одиночества, от необдуманных решений, от самих себя в конце концов. Сделать чью-то жизнь чуточку лучше. А ты так ничего и не понял.

— А что я должен был понять? Где я должен был найти третьего человека?

Слоун разразилась громким, пронзительным смехом.

— Дурак. Третья душа – это ты. Ты искал людей, спасал их от смерти, а себя спасти так и не смог. Ты посмотри на себя, – сказала она, – твоя жизнь разобрана по кусочкам, ты сходишь с ума, сидишь и разговариваешь с диваном, пишешь книги, из-за которых люди украшают собой асфальт. И ты считаешь, что тебя не надо спасать?

Я промолчал.

— Ты должен был разобраться сначала со своей жизнью, прежде чем лезть в чужие.

— Но я помог…

— Кому ты помог? Этой девочке? – Она показала в сторону ванной. – Ладно. За неё спасибо. Она действительно нуждалась в помощи. Но теперь она живёт в одной квартире с психом – сомнительное удовольствие.

Она сделала паузу. Ещё одна затяжка.

— В одном ты прав, – посмеялась она, – дело не в книге. В мире есть куда более весомые причины выйти в окно, нежели твои сомнительные триллеры. Можешь со спокойной совестью портить бумагу дальше.