Книга Персонаж, страница 125 – Павел Ковезин

— Спасибо, Ева, – сказала Кристина, – я не буду осуждать тех, кто не захочет больше поддерживать общение со мной. Я все понимаю.

— А я ничего не скажу, – влезла Птиц, – Птиц уже вчера прорыдалась. И сейчас я слишком устала, чтобы что-то отвечать.

— Я ещё раз прошу прощения.

— Черт, я чувствую себя в романе Паланика, – сказал я.

— У Лукаса настоящая фамилия Дёрден, – пошутил Эмиль. – Меня часто спрашивают, знаю ли я Лукаса.

— Не в этом романе, – ответил я, – а так… я поддерживаю большинство. Желание втащить тебе по лицу никуда не делось. Но ты классная, Кристина, черт бы тебя подрал. Спасибо за редач книги и за классное общение. И, как тут уже советовали, больше, блять, не умирай.

— Спасибо, Мартис, – улыбнулась Кристина, – я пришлю тебе открытку. И теперь у тебя есть целый сюжет для рассказа, не так ли?

— Сюжет? – удивился я. – Давайте уже сделаем совместочку про клуб писателей и пропавшего Лукаса.

— Хм, – подался вперёд Эмиль, – отличная бы получилась трагикомедия.

Каждый из нас был одержим красивыми сюжетами, ради которых был готов на многое. Но кто-то выстраивал эти сюжеты сам, создавая персонажей и инсценируя собственную смерть, а кто-то загоревшимися глазами наблюдал за всем со стороны, уже подготовив перо и бумагу.

Martis покинул беседу.

Я тяжело вздохнул и откинул телефон на кровать.

Все мы так или иначе прячемся под масками и не хотим, чтобы нас раскрыли. Все мы заперты в куполе из собственного одиночества и безумия, и единственное утешение находим среди таких же, как мы – неудачников с теми же увлечениями или проблемами. Вот только мы никогда не задумываемся о том, что же будет, когда человек с экрана узнает тебя настоящего, не того, за кого ты себя выдаешь, не твой образ, а тебя настоящего. И так ли важно знать правду, если этот аноним из интернета всегда готов тебя поддержать, промотивировать и дать пару хороших советов?

Через несколько дней страница Кристины, как и когда-то страница Лукаса, была безвозвратно удалена. А ещё через несколько дней я достал из своего почтового ящика открытку с Ван Гогом, на обратной стороне которой красивым почерком было выведено:

«Творчество нас всех рано или поздно сделает сумасшедшими».

Холодным весенним вечером мы с Лизой гуляли по парку, наслаждаясь видами города. С того дня, как мы познакомились, прошло уже пару месяцев, и мы только сейчас перестали бегать за своим прошлым. Лиза поняла, что на её мозаике, как я и предполагал, будет лишь разбитое сердце, а я больше не писал книг, поняв, что Эльзу я не верну ни с помощью идеальной Алисы, ни с помощью какого-либо другого персонажа. «Спасение» так и останется единственной книгой Кроу. Зато больше никакие девочки не будут прыгать с крыш. Или будут. Но уже не из-за моих романов.

Мы остановились возле набережной, наблюдая за медленно проплывающими льдинами. На той самой набережной, на которой я два года назад гулял с Томас. Каждое место хранит в себе воспоминание о конкретном человеке, и с годами этих мест становится всё меньше, чтобы их можно было сохранить, спрятать ото всех. Поэтому прошлое заменяется свежими, новыми воспоминаниями. Лиза облокотилась локтями на парапет. На ней серое пальто, узкие джинсы и мятного цвета кроссовки, которые она постоянно боялась испачкать. Она снова перекрасилась в блондинку, и её короткие светлые волосы развевались на ветру, спрятав её лицо.