Онлайн книга «Любительский шпионаж»
|
Чертежи сгорели первыми, а вот дневники приходилось избавлять от плотных кожаных переплетов, которые могли защитить содержимое. Нет, она не оставит ни малейшей возможности восстановить изобретение, а единственный готовый образец сейчас улетит. Монахиня так увлеклась делом, что не заметила, как часть противоположной от двери стены вдруг отошла в сторону, и в комнату ступил человек. Ее внимание привлек лишь громкий окрик: — Сестра Моника, что вы делаете?! Рука дрогнула, лезвие скользнуло по основанию ладони вместо корешка. На коже выступила кровь, но сейчас царапина не имела значения. Бьянка обернулась к кардиналу. Сердце сжалось от ужаса, что ее застали, но в то же время стало легче. Ведь теперь больше не нужно притворяться. Лгать. И исповедоваться. — Избавляю вас от ереси моего отца! — она выпрямилась в полный рост, впервые за долгие годы снова ощущая в себе ту самую родовую гордость, которую нещадно давила, но так и не смогла растоптать. — Разве не так нужно поступать с нарушителями закона Его?! И, больше не церемонясь, швырнула в огонь весь остаток дневника. На столе лежал последний. Тот, в котором отец писал о другой «Бьянке». Которая могла летать. — Ах ты мерзкая девчонка! — лицо правой руки Первосвященника исказилось от гнева, но вместо хищной птицы стало похожим на крысиную морду. — Ты знаешь, что с тобой будет?! Он шагнул к столу, стремясь завладеть записями, однако монахиня оказалась быстрее. Схватила дневник и прижала к груди, выставив перед собой руку с бритвой. — Не подходите! Или, клянусь Создателем, я не буду милосердна! — Ты мне угрожаешь?! Мне?! Да как ты смеешь! Кардинал ринулся к ней, и Бьянка отступила. Пусть противник был уже немолод, сил ему не занимать. Попадись она ему в руки, еще неизвестно, чем все закончится. Она побежала вокруг стола, помня о разлитом керосине. Удержалась за спинку стула, чтобы не упасть, проскочила опасное место, а вот Герра не смог… Он поскользнулся. Потерял равновесие. Вскрикнул. Схватился за столешницу, пытаясь удержаться. Отшатнулся от пламени. И все-таки упал на осколки лампы, неловко пнув ножку стола. Таз с горящей бумагой полетел следом… Все произошло слишком быстро. Громкий, совершенно нечеловеческий крик. Вспыхнувшее одеяние. Запах горящей плоти. Бьянка попятилась к открытому тайному ходу, в ужасе глядя, как объятый пламенем человек пытается встать. Бритва выпала из ослабевших пальцев. Сестра не желала такого финала. Вовсе не желала. Все случилось само. Будто… Будто Создатель решил покарать грешника. Она зажмурилась и отвернулась. Бросилась в прохладу запасного хода, и стена снова заняла свое место у нее за спиной, заглушая дикий рев умирающего человека… Под тканью, которую они кое-как стащили в четыре руки, оказалась странная деревянная конструкция, напоминающая птицу. Надежной она не выглядела. Скорее уж вызывала справедливые опасения. — Оно точно летает? Герцог на вопрос не обиделся. Он вообще оказался совсем не таким, как представлял Вилли. Ни капли изнеженности или капризности, только собранность и решительность. И не расклеился в плену, хотя вряд ли условия были приятными. — Летает. Нужно только разогнать. Наш общий вес должен поднять. Брат императора залез на крыло, взял что-то с сиденья и натянул на голову нечто, похожее на шлем-шапку из кожи, а к ней — очки. |