Книга Любительский шпионаж, страница 17 – Дайре Грей

Мать как-то смогла договориться с Мамашей Бо — держательницей борделя, чтобы оставить сына. И он рос, принимая происходящее как должное. Приходящих мужчин, раскрашенных женщин, до обеда валяющихся в кроватях, сплетничающих, жалующихся, соперничающих, мечтающих о лучшей жизни. Маленьким Вилли помогал на кухне, потом, когда подрос, и оказалось, что кулаки у него на что-то годятся, вместе с охранником выбрасывал за порог зарвавшихся клиентов или сопровождал домой тех, кто поважнее. Например, мэра.

Мать все твердила, чтобы он учился, что должен выбить в люди, вырваться. И Вилли учился. В бордель заносит разных женщин. Леони вот хотела стать экономкой, но оказалась слишком хороша, и хозяин воспользовался ей, а хозяйка, узнав, выставила на улицу без рекомендаций. Наткнувшись еще несколько раз на похожие предложения и ситуации, бедняжка угодила к Мамаше Бо. Она была образована, и в итоге, дожив до возраста, когда клиенты перестали ей интересоваться, стала помощницей хозяйки.

У нее Вилли научился и читать, и писать, и считать, и даже кое-какому обхождению. Мало ли, куда жизнь занесет, как твердила мать.

Она умерла от дурной болезни, когда ему было шестнадцать. Здоровый лоб, с одной единственной перспективой в жизни, как он думал. Однако мать скопила кое-каких деньжат и взяла слово, что он уйдет из дома Мамаши Бо. В армию, туда всех берут.

Вилли и пошел. Опять учился, дрался с другими новобранцами. Заработал себе славу неплохого бойца, но упрямого. Поэтому, когда пришло время распределения, его с радостью отправили обратно в родной город, в тот самый гарнизон. Он не спорил. На границе безродному мальчишке без каких-либо связей подняться проще, чем в столице. Однако и умереть легко, словив шальную палю от контрабандистов или переселенцев, что решили искать лучшей доли у соседей.

Однако Вилли везло. Он привык быть осторожным, не лез в пекло, быстро ориентировался, научился читать следы и другим полезным тонкостям. Командир еще попался толковый, честный, чем-то ему рвение молоденького рядового пришлось по вкусу, вот и начал продвигать. Звания пусть и невысокие, но постепенно капали, а каждое звание — это пенсия. Перспектива. Значит, не зря мать его в люди пыталась выпихнуть.

А потом все пошло псу под хвост. Майор подал в отставку по возрасту и уехал, ему на смену прислали нового откуда-то из Божена. Говорили, что он там заговор какой-то проморгал, вот его на границу и сослали. По лицу сразу было ясно — сволочь. Еще и обиженная. На похожих Вилли еще в борделе насмотрелся. Чуть на службе или дома что не по его, сразу к бабе и давай норов свой показывать. Таких потом за порог и выбрасывали, а некоторым Мамаша Бо и приходить запрещала обратно.

При первом же рейде все и поломалось.

На границе свои порядки. Всегда есть те, кто водит переселенцев, да и контрабандисты. Но есть свои, безобидные, о которых докладывают, но и глаза на них закрывают. А есть залетные или охочие до наживы, или те, кто Империи не угоден. Таких приходилось ловить. Иногда на несколько дней в рейд уходили, выслеживали, ловили. Своих, если под руку попадались, тоже хватали, но потом и отпускали тихонько.

Новый же майор решил показать норов. Поймали переселенцев со стороны Ференции. Семья. Муж, жена, двое детей. Мужику сразу не повезло, услышал окрики, вскочил в полный рост, вскинул что-то, в темноте не разобрать, вот на пулю и нарвался. Женщину с детьми привезли в гарнизон, старик бы их помурыжил и пристроил куда, не в первый раз, а новый решил исполнять букву закона. Велел на рассвете повесить. Всех.