Книга Любительский шпионаж, страница 78 – Дайре Грей

Думать о таком не хотелось. Еще поэтому он должен вернуться. Убедиться, что дома все в порядке. Что все близкие живы. И что вместе они в состоянии справиться с любой угрозой. И решаться на побег придется возможно уже совсем скоро.

Взгляд упал на дневник покойного главы рода ди Компаньо. Собрать самолет не составит труда. Основная проблема в том, чтобы заставить его взлететь. Проверять, конечно, придется на себе. И Джузеппе взять с собой, иначе как же он доложит кардиналу о выполнении задания? А вот потом… Что будет, когда все испытания останутся позади, и самолет будет признан годным к использованию? От него избавятся? Отравят? Пристрелят? Бежать придется раньше, чем Лоренцо Герра примет решение.

Герцог погладил обложку, под которую спрятал листок, исчерченный грифелем. Он все-таки нашел символ. Под потолком. На одном из камней, которые пришлось ощупывать вытянутыми руками, стоя на стуле, оказалось углубление, которое удалось очистить тканью. Понять, что там, наощупь оказалось сложно. Герхард приложил лист бумаги и тщательно потер его карандашом, чтобы получить оттиск.

По итогу понятно оказалось мало. Символ точно состоял из рун. Удалось опознать знак света, но все остальное… Сабина наверняка смогла бы расшифровать, а ему требовался хотя бы справочник. Да, основные простые элементы герцог помнил, но их было мало, чтобы разобраться. Вероятно сестра Моника смогла бы объяснить, откуда взялся знак, но показывать его сейчас слишком рано. Придется подождать.

Терпение. Никогда еще оно не казалось столь полезным. И столь мучительным.

Платок быстро промок, и Клара сжала его в кулаке, пытаясь справиться с эмоциями. Строчки письма расплывались перед глазами. Кое-где на бумагу капнули слезы, и чернила размылись. Но безжалостный смысл остался.

Весь день она носила письмо в кармане, страшась и желая прочесть, но Аннабель требовала внимания. И сегодня особенно капризничала, то ли заболевая, то ли чувствуя рассеянность няни. Пришлось дождаться, пока она уснет, чтобы внимательно ознакомиться с посланием. Но видят элементали, фройляйн предпочла бы, чтобы оно никогда не приходило.

— Что случилось? — герр Шенбек возник на пороге спальни бесшумно и незаметно. Дверь она не стала закрывать, чтобы услышать, когда проснется малышка. Но никак не ожидала, что придет ее отец.

Клара подняла взгляд от письма, хотела ответить, но вместо слов с губ сорвалось рыдание. И она поспешила прикрыть рот рукой. Не хватало еще разбудить Аннабель раньше времени.

Мужчина пересек комнату и аккуратно забрал исписанный лист бумаги, фройляйн Гессен не стала возражать, но все же смогла выдавить сквозь всхлипы:

— Мой… младший брат… погиб… Мама… написала…

Альфреда призвали еще осенью, всю зиму он проходил подготовку и писал родным письма, полные энтузиазма и надежды. Весной его полк был отправлен на фронт. И неделю назад матушка получила сообщение о его смерти. Приехать она не просила, только уведомляла, расписывая заодно, как дела у остальных членов семьи.

— Мне очень жаль.

Письмо легло на комод, а кузен герцога вдруг опустился рядом с единственным стулом, который она заняла, на колено и накрыл ладонью ее судорожно сжатый кулачок.

— Я понимаю, как вам тяжело. Сегодня можете отдохнуть, я побуду с Аннабель.