Книга Прикладная рунология, страница 14 – Дайре Грей

«Министр иностранных дел посещает любовницу». «Какие дела проворачивает дядя императора за закрытыми дверями некоего дома?» «Так ли уж незапятнан род Сантамэль, как мы привыкли считать?»

Он в красках представлял возможное содержание подобных статей. Когда-то в молодости скандалы и сплетни только вызывали улыбку, но тогда он был младшим в семье, не обремененным какой-либо ответственностью и имеющим лишь малую часть обязательств. С тех пор многое изменилось. В частности, теперь Кристиан являлся старшим в роду, и на попечении у него находилось двое упрямых племянников, сын и жена. Не говоря уже об Ульрике, министерстве и стране.

Нет, допускать подобные сплетни нельзя. Все, кому нужно, уже давно знают о его увлечении, но делать его предметом общего обсуждения он не собирался.

В особняке его встретил бессменный дворецкий.

— Ваше Высочество, — поседевший слуга склонился в церемониальном поклоне, а затем забрал у него трость и перчатки. — Подавать ли ужин?

— Герцогиня дома? — Кристиан пригладил волосы и оправил полы сюртука.

— Ее Светлость в гостиной, ожидает вашего появления, Ваше Высочество. Днем пришла почта. Полагаю, Ее Светлость получила какие-то новости.

Ожидаемо. Если Милисент сочла нужным написать Ульрике, то и его жене она сообщила то же самое. Чудесная попытка поддерживать нейтралитет. Впрочем, за это он был ей благодарен.

— Тогда пусть подают ужин.

— Как вам будет угодно, Ваше Высочество.

Прежде, чем явиться перед глаза жены, пришлось подняться и сменить уличную одежду на приличный фрак с соответствующими аксессуарами.

При его появлении Ивон, уже переодетая к ужину, отложила книгу и сняла очки, необходимые ей для чтения. Она улыбнулась и поднялась навстречу, протягивая руки.

— Кристиан, я так рада, что ты дома.

— Я всегда возвращаюсь к ужину, — ответил он, целуя сначала руку, а затем подставленную щеку. От жены веяло тонким ароматом лаванды — ее любимыми духами. И вся она, в роскошном платье, с гладкой прической и идеальными манерами была полной противоположностью Ульрике. Платиновые локоны, светлая кожа без тени румянца, голубые глаза, которые, несмотря на схожесть цвета, отливали скорее сталью и холодом, тогда как у бывшей воровки напоминали луговые васильки.

Герцогиня улыбалась и выглядела довольной, рассказывая ему какие-то мелочи, пока они шли в столовую. Ничего важного, простой повседневный лепет о слугах, слухах в свете, заседаниях благотворительных комитетов и прочих мелочах, которые составляли ее жизнь, но совершенно его не занимали.

После легкого аперитива, когда им подали основное блюдо, Ивон решила, что уже уместно перейти к сути разговора:

— Сегодня я получила новости о Герхарде. Оказывается, он нанял секретаря.

— Да? Как интересно, — вежливо откликнулся герцог, аккуратно разрезая стейк на кусочки и размазывая по тарелке пюре из зеленого горошка. В отличие от него Ивон старалась следовать рекомендациям доктора и дополняла его рацион полезными, но мало съедобными блюдами.

— И это девушка, — ответ жене и не слишком требовался, только как показатель того, что он слушает. — Совсем молодая. Выпускница Академии.

Судя по тону, Ивон совершенно не осуждала выбор племянника. Даже странно, учитывая, что в плане приличий она оставалась довольно старомодна и с трудом воспринимала женщин кем-то кроме служанок, модисток и гувернанток.