Книга Прикладная рунология, страница 158 – Дайре Грей

— Нет! — он резко качнул головой. — Уходи! Юстас!

Повторять не пришлось. Мальчишка обхватил герцогиню за талию и потащил сквозь толпу туда же, куда уводили императрицу. Вот и хорошо. Рядом оказался Герхард, от которого уже заметно разило тьмой. Люди с его дороги убирались сами.

— У них слишком много сил и стихий! Такого не может быть!

Кристиан хотел уточнить, как племянник успел сделать такие выводы, но тут один из вихрей рухнул на пол прямо рядом с ними и оказался человеком. Точнее магом.

— Смерть Сантамэлям!

И им в лицо ударил ослепительный свет.

Милисент ворвалась в одну из неиспользуемых дворцовых комнат с мебелью, укрытой чехлами. Захлопнула дверь и прижалась к ней, жадно хватая воздух губами. Ноги гудели от непривычной нагрузки, легкие горели, сердце колотилось как сумасшедшее, а по лицу стекал пот.

Она глухо застонала от боли в руке, ощутив ее только сейчас. Подняла ладонь к глазам. Кольцо с сапфиром, которое дала ей Ульрике, оплавилось, а камень треснул и потускнел. Артефакт истратил весь заряд силы и принял на себя удар тьмы, промчавшийся по касательной. Кожа покраснела и покрылась волдырями. Указательный, средний и большой пальцы заметно потемнели.

Баронесса закусила губу и всхлипнула. Урон от тьмы уходил глубже в кровь и мышцы, доходил до костей, а значит, ладони она почти лишилась. В лучшем случае только ладони. Захотелось заплакать от жалости к себе. От страха.

Милисент понимала, что спряталась ненадолго. Да и гвардейцы не смогут задержать темного мага, даже защита их не спасет. А Ульрике… Скорее всего мертва. Конечно, во дворце наверняка подняли тревогу. Появление столь опасного врага не останется незамеченным, но когда еще до него доберутся? И что делать ей?

В коридоре раздался шум шагов, мимо пробежали гвардейцы. Женщина вздрогнула и огляделась, с трудом переставляя ноги добралась до дивана, укрытого полотном до самого пола, и спряталась за его высокой спинкой. Села на пол, с трудом сдержав стон боли. Каблуки не предназначены, чтобы на них бегать. Но кто же знал?

Рука привычно нырнула в карман за платком, но наткнулась на свернутые листы бумаги. Символ Сантамэлей и вырезка из газеты. Что там бормотала девочка? Ночь Всех Звезд? Арминий призвал силу именно в такую? Кровью? Все старые ритуалы построены на крови. Так говорилось и в тех книгах, что она читала в библиотеке покойного мужа.

Из коридора донесся приглушенный звук выстрела, чей-то крик, переходящий в нечленораздельный вопль, от которого волоски на шее встали дыбом.

Милисент сжалась и положила листок перед собой. Что делать? Выбора у нее в общем-то не осталось. Полночь уже наступила, а Ульрике считала, что время важно. Вот она и узнает… Проверит. А если не получится…

Губы задрожали, но баронесса упрямо сжала их. Отстегнула брошку от жакета, стиснула непослушными пальцами левой руки, проколола указательный палец и начала старательно выводить символ прямо на полу, вспоминая пояснения секретаря Герхарда. Хорошо, что девочка осталась в особняке. Когда все закончится, она сможет объяснить герцогу. Только про Ульрике не знает… Хотя трупы постараются опознать. Жаль Кристиана. И Герхарда. Она так и не сказала ему, как была счастлива эти пять лет…

Милисент шмыгнула носом и посмотрела на готовый символ. Что дальше? Надо направить силу? Попросить? Потребовать? Пообещать? Что делать⁈