Книга ( Не)нужная истинная генерала, страница 43 – Таня Денисова

Последнее, что я вижу — глаза сестры Элоди.

Они спокойны.

Она готова ко всему.

Я просыпаюсь с криком.

Руки дрожат. Сердце колотится о рёбра, как пойманная птица. Я судорожно оглядываюсь. Мы всё ещё в избе.

На подоконнике мигает огонёк сестры Элоди. Он стал заметно тусклее.

Я поднимаюсь, подхожу к окну. За мутным стеклом всё тот же лес. Но что-то изменилось. Что-то в воздухе.

Я слышу гул.

Тихий, на самой грани восприятия. Он доносится не со стороны леса. Он идёт из-под земли, проходя сквозь камень, снег, дерево. Тот самый гул, что я слышала в монастыре.

Ритуал начался.

Сон был не просто сном.

Я прижимаю ладонь к метке. Она горячая, горячее, чем когда-либо. Я закрываю глаза и мысленно, изо всех сил, зову.

— Дэймон… пожалуйста. Быстрее.

Метка вспыхивает алым так ярко, что свет пробивается даже сквозь сжатые веки.

И где-то далеко, за десятки миль отсюда, огромный чёрный дракон распахивает янтарные глаза.

Дэймон

Рассвет в замке серый, тяжёлый, безрадостный.

Я стою у окна. Левое плечо туго перетянуто бинтами, кровь уже проступила сквозь ткань. Я смотрю на горы, на снег, на бесконечную белую пустоту за окном.

Где-то там, за десятки миль, она. Моя истинная.

Метка на предплечье горит. Она звала меня. Ночью, когда я лежал без сознания после покушения. И снова, только что, перед рассветом.

Алиссия в опасности. Но она жива. Она ждёт меня.

Дверь открывается без стука.

— Ты не можешь никуда ехать, — голос Астрид режет тишину. — Ты едва стоишь на ногах.

Я оборачиваюсь. Медленно. Слишком медленно для дракона, который всегда двигался как молния.

— Выйди.

— Я — твоя невеста, Дэймон, — она делает шаг вперёд. — Я имею право высказывать своё мнение, когда ты собираешься убить себя.

— Ты никто, чтобы указывать мне, — я не повышаю голос, но воздух в комнате становится плотнее, тяжелее, будто перед грозой. — Невеста — это ещё не жена. А после того, что я узнал…

Я замолкаю. Специально. Проверяю её. Астрид бледнеет. На мгновение в её глазах мелькает что-то острое — страх? Вина? Но она быстро берёт себя в руки.

— Что ты узнал? — спрашивает осторожно.

— Достаточно, чтобы отложить свадьбу, — я отворачиваюсь к окну. — Иди.

Она стоит ещё несколько мгновений. Потом разворачивается и выходит, и стук её каблуков по каменному полу звучит как удары молота по наковальне.

Я закрываю глаза. Метка пульсирует.

— Прости, Алиссия, — шепчу в пустоту. — Я уже иду.

Капитан Горн ждёт меня в военном зале. Карты разложены на дубовом столе, фигурки отрядов расставлены аккуратными рядами. Увидев меня, Горн хмурится.

— Генерал. Ваше плечо.

— Заживёт, — обрываю его. — Докладывай.

— Монастырь Святого Элиона, — Горн указывает на карту. — До него два дня пути верхом. С учётом снежных заносов — все три. Но по воздуху…

— Знаю. Быстрее. Я полечу один. Отряд выступит следом по маршруту — Северный тракт, затем ущелье, затем Тёмные Скалы.

— Один? — Горн качает головой. — Генерал…

— Я — дракон, — я выпрямляюсь, и на мгновение в моих глазах вспыхивает янтарный огонь. — Рана затянется в полёте. Больше нет времени. Алиссия ждёт. Одна. В лесу, без защиты.

Я не говорю, что чувствую её страх. Не говорю, что метка разрывает меня изнутри. Но Горн, кажется, понимает. Старый вояка знает, что такое истинность. Знал ещё моего отца.