Книга Кто же ты, моя жена?, страница 94 – Алекса Корр

Приготовление к приему в честь окончания войны шли полным ходом. Каждый пройденный день приближал меня к тому моменту, когда я сделаю то, о чем мечтал все последнее время. Из Роуз вернулись члены нашей делегации во главе с Александром Ильминским. Он был очень зол на меня и несколько дней просто игнорировал мои приглашения. Делегация вернулась с согласованными пунктами мирного договора, и теперь нашим советникам предстояло решить, что из озвученных требований Роуз мы можем принять, а что для нас неприемлемо. В принципе, насколько я понял, по многим ключевым моментам им удалось договориться, но далеко не по всем. Я в это дело больше не лез, пусть отец вникает и разбирается, мне хватало проблем с восстановлением нашей Империи.

Александр все-таки оттаял и в день приема ввалился ко мне в покои, часа за два до начала. Он был уже полностью собран, как в принципе и я. Развалившись в кресле в моей гостиной, он поинтересовался:

— Сияешь, как начищенный медный сольен. Новое увлечение?

Я расхохотался и налил нам по бокалу легкого вина:

— Нет, брат! Все гораздо лучше — я женюсь!

Граф чуть не поперхнулся вином, которое в этот момент пригубил. Откашлялся и удивленно посмотрел на меня:

— Не понял? И как такая новость прошла мимо меня и многочисленных репортеров? А как же твое: «Лучше Жени никого нет, и только она мне нужна»? Всё, перегорело? А я еще понять не мог, что происходит, когда узнал, что она у себя в баронстве и бурную деятельность развила, а ты по Империи носишься…

Я отсалютовал ему своим бокалом и ответил:

— Ну, пока еще не совсем женюсь, но собираюсь сделать предложение. И да, не кому-нибудь другому, а именно Евгении, и уверен, что она мне не откажет.

Александр посерьезнел и внимательно посмотрел на меня:

— Рэй, что ты задумал?

— Ничего. Просто хочу сделать так, чтобы и она поверила в серьезность моих намерений, и все придворные не посмели потом в ее адрес рты свои открыть. Разные статусы, плюс репутация Эжени, — не хочу, чтобы потом это все припоминали моей жене.

— И что ты собираешься сделать?

Похлопал друга по плечу:

— Увидишь, Саш, увидишь. И перестань смотреть на меня волком, а то я подумаю, что ты и сам хотел ей предложение сделать.

— Ну, по поводу меня ты знаешь: мне моя свобода дорога. Я вообще, скорее всего, не создан для семьи. А по поводу Жени… Мы с ней нашли общий язык, и она мне нравится как человек, а еще я ее уважаю. Признаюсь, когда твой отец озвучил приказ, я вспылил, а когда узнал её получше, то подумал, что, возможно, и неплохо будет, если именно она станет моей женой. Но тут больше желание ее защитить и помочь, а между супругами, уж прости мне мои старомодные взгляды, должны быть какие-то чувства. А между нами никаких искр не пролетало. Мы больше друзья или партнеры. И именно поэтому, Рэй, я спрошу еще раз: что ты собираешься делать? Уверен, что ей это понравится? Она не из тех, за кого можно что-то решать. В их мире все по-другому, чем у нас, и они с детства учатся быть самостоятельными. А обидеть ее я тебе не дам. Девчонке и так досталось, и она заслуживает нормальной жизни. Зачем давать ей те обещания, которые ты не сможешь выполнить?

— Это не пустые обещания, Саш. Я действительно собираюсь сделать ей предложение и сделаю это сегодня на приеме.