Книга 7 Желаний для Альфы, страница 26 – Юлия Кажанова

Дверью не хлопает, а оставляет прикрытой. Я же распахиваю глаза сразу, как он исчезает, и с интересом рассматриваю дорого обставленную ванную из белого и чёрного мрамора. Чёрные стены, а пол и потолок белые. Есть и искусственные колонны из отполированного чёрного камня. А вот краны, ручки, люстры и даже вешалки сделаны под золото. Стильно, дорого и так по-чужому.

Моя семья не бедная, но такой роскоши у нас нет. А если взять только меня и мой заработок, то, думаю, на подобную ванную мне придётся копить всю жизнь.

Баночек с шампунями я, кстати, не вижу, как и мыла. Здесь никто не моется? Запасная спальня? Но откуда тогда пена для ванны? Сплошные тайны.

Грязь начинает сходить почти сразу, и я, не теряя времени, принимаюсь отмываться руками.

Вдруг сейчас вернутся и скажут, что время кончилось и пора на выход. А так хоть волосы помокнут в чистой воде

Время идёт, но никто не появляется, что меня очень радует. А ещё я понимаю, что накатывает усталость и от горячей воды, кажется, становится плохо. Голова начинает кружиться, и чтобы и правда случайно не утонуть, я хватаюсь за бортик и прижимаюсь к нему лбом. Прохладно!

Кайф! Надо выходить!

А вот и я. Не заскучала? — раздаётся довольный голос, и в комнату входит всё тот же брюнет с соломенной корзинкой, из которой торчит куча баночек. Надо же, нашёл. Я могу выйти? Выйти? Нет, сперва надо помыться, — сообщает, ставя корзинку на бортик. Сам же садится на колени у джакузи, чем пугает меня. Это что он задумал?

Тем временем мужчина берёт губку, а потом задумчиво изучает баночки, при этом посматривая на меня.

Думаю, персик нам не подойдёт. Яблоко тоже. Ваниль — точно нет. А вот розочку можно. — Он открывает баночку и довольно вдыхает аромат. — Неплохо! Выбираете, чем хотите благоухать? Нет. Выбираю, чем будешь пахнуть ты. Ну что, Цветочек, пододвигайся поближе. шлёпает по воде около себя.

И... Издеваетесь? — говорю строго и сжимаюсь. Не позволю больше мужчинам себя касаться. Нет, — отвечает вдруг так же строго, и его тёплый взгляд меняется на нечто суровое. Вы не будете меня мыть. Если не я, то кто? Сама ты не сможешь. И так еле держишься. Смогу! Тогда сперва хоть бортик отпусти. Я же вижу, ты уже засыпаешь. Так что давай быстренько помоемся, и отправишься спать. Дни у тебя были непростые.

Это точно. Дни были не просто непростые, они были адские!

— Я не хочу, чтобы вы меня касались. Не надо.

Мужчина замирает и понимающе кивает.

Я не трону, только губкой. Если позволишь, помогу и с волосами. Увы, тут губка не справится. Обещаю лишний раз тебя не касаться. Так как, мир?

Так и хочется закричать, что никакого мира, но тогда все вдруг появившиеся удобства исчезнут. А я так хочу опять почувствовать себя человеком.

— Хорошо, только губкой, — отвечаю и сажусь чуть ближе и разворачиваюсь спиной.

Поролон касается кожи, и я вздрагиваю, с силой вцепляясь в ноги, которые обнимаю. Эти гады заставили меня бояться даже такой малости.

— Тихо, Цветочек. Всё хорошо. Я просто мою тебя, — успокаивающе шепчет мужчина, и это хоть немного, но и правда успокаивает.

Кстати, неудобно к нему обращаться «мужчина» даже в своих мыслях. Нужно хотя бы познакомиться.

Губка проходит по плечам, спине, погружается в воду и моет даже там. Затем идут руки, которые я вытягиваю, пристально смотря на мужчину, чей довольный взгляд выражает только одно — кайф от подобной процедуры.