Книга Ложь во спасение, страница 65 – Юлия Кажанова

Белая сорочка помята, руки крепко привязаны к креслу. На лице специальный кляп, через который ничего не слышно. Волосы растрепаны, и лицо, не выражающее эмоций. Даже меня передернуло от этой картины.

Мы сидели за специальным стеклом: звук шел не напрямую. Если девушка вздумает применить дар, на нас он не подействует.

Все готово, один охранник снимает защитный аппарат с лица, и девушка морщится.

— Светлана, вы должны сейчас говорить только да или нет. Если попросят что-то объяснить, вы можете это сделать, только честно. Вам это зачтется в будущем.

— Мороженку купите или конфетку дадите? – неожиданно усмехается она и смотрит в нашу сторону.

— Если нужно, принесу!

— Хорошо, положите на стол, чтобы я видела, а то вдруг обманете?

Она серьезно? Великая обманщица здесь только она.

Профессор полез в карман и достал затрёпанную карамельку.

— Пойдет? – спрашивает, кладя конфету на стол.

— Хоть что- то. Давайте начинать.

— Отлично. Начнем с простых вопросов, а потом перейдем к более сложным. Помните, говорите только да или нет.

Девушка кивает и устало смотрит на ученого.

— Вас зовут Луганска Светлана Максимовна?

— Да, – профессор довольно кивает.

— Вам двадцать пять лет?

— Да.

— У вас есть родственники?

— Нет, – ученый хмурится и подзывает второго, который тоже следит за показателями.

— Светлана, объясните свой ответ?

— Все просто: все мертвы. Я одна осталась, – теперь оба профессора довольно кивают, а мне становится жалко девушку. Может, поэтому она и стала аферисткой, что никто не поддержал, не отговорил?

— Скажи, ты пользовалась своим даром, пребывая ранее в лаборатории?

— Да.

— Ты заставила обернуться всех тех оборотней?

— Да, – что и требовалось доказать.

Теперь ученые её по винтикам разберут, пока не поймут, почему сильнейшие альфы не могут того, на что способна Светлана.

Еще с десяток вопросов, на которые девушка, судя по мониторам, отвечала честно. Была пара спорных моментов, но она довольно спокойно все объяснила.

— Долго еще? – проворчал, глядя на Светлану. Волку не нравилось, что он видит, и я начинал злиться. И так с трудом прожил эти два дня без нее.

Кстати, нужно решить и этот вопрос.

— Скажите, вы применяли дар, находясь в доме Виктора Олеговича? – девушка словно ожила и теперь с какой-то ехидной улыбкой смотрела прямо на нас.

— О да!

— Вы приказывали что-то охране?

— Нет! – и опять улыбка.

— Станиславу Олеговичу?

— Ему точно нет! Он ведь кремень! – на это брат усмехнулся.

— Вы отдавали приказы Виктору Олеговичу?

— Конечно, а как иначе! Там же по-другому жить невозможно!

Что?!

Стас начал смеяться, поглядывая на меня. Впрочем, как и другие профессора. Открыто они, конечно, не смеялись, но улыбки промелькнули.

— Что именно вы приказывали?

— Да ничего криминального. Стать мягче. Не беситься и не орать по поводу, если пульты лежат на столе, а не на тумбочке, как положено. Можно и прислугу временами хвалить! Вы хоть представляете, как с ним тяжело? Не дай бог полотенце повесить слева, а не справа, все – расстрел! Ковер не под тем углом, стул на сантиметр сдвинут. То вода в уличном бассейне слишком теплая, то, наоборот, холодная! Да там жить нереально! – ну все, она сама напросилась!

Пока девушка говорила, мне кажется, многие начали её поддерживать. Проверяющие с трудом сдерживали улыбки, но все записывали и кивали.