Книга Ложь во спасение, страница 83 – Юлия Кажанова

Хотя чему я удивляюсь, пролежать в коме больше двух месяцев. Говорят, если человек не просыпается через три, он может и вовсе не проснуться. Так что мне повезло.

Еще раз намыливая тело, только уже руками, а не губкой, замечаю шрамики. На руках, животе, плече, ногах. Странно, что я их сразу не заметила, так была рада душу, но сейчас… Кошмар, да мое тело словно разрезали на кусочки, а потом собрали вместе!

Вместо идеальной гладкой кожи теперь море шрамов.

Настроение стало падать с невероятной силой. Вот и плата за спасение.

Быстро выйдя из-под воды, подошла к огромному зеркалу и развернулась. Кошмар, спина вся покрыта алыми полосками. Меня что, в дробилку кинули?

Пребывая в растерянных чувствах, натянула только сорочку, а на голову просто накинула полотенце. Вода с волос мочила одежду, но мне было все равно, так как я оплакивала себя.

Выхожу и иду к кровати, думая, какая я неблагодарная сама к себе. Нужно сказать спасибо, что жива осталась, а я смотрю на шрамы. Может, я бы смирилась со всем этим легче, если бы видела, как все было вначале, когда ранения свежие и страшные.

Сейчас же тело было усыпано алыми полосками. Прощайте, открытые и короткие платья, топики, блузки, бикини, шорты, юбки. Здравствуйте, штаны и водолазки.

— Светлана, все хорошо? – раздался бархатный мужской голос позади. От испуга подпрыгнула.

Развернувшись, поняла, что это Виктор. Когда он вошел и почему подкрался так тихо?

— Что вы здесь делаете? – спрашиваю, а сама кутаюсь в полотенце.

— Решил принести бумаги. Думал, раньше их увидишь и успокоишься. Вдруг спать не сможешь и будешь переживать, – и кивает на столик, где лежит голубая папка.

— Простите, я, правда, рада. Хоть что-то хорошее на сегодня.

— А было что-то плохое? Я поговорил с твоим врачом. Она сказала, ты полна жизни и практически здорова, – его взгляд быстро проходит по мне и останавливается на шраме на плече. Тут же накрываю его рукой и опускаю голову.

— Простите, я только увидела, сколько у меня шрамов. Это нелегко принять. Странно, что их вообще так много. А что это была за авария?

Мужчина хмурится, но делает шаг ко мне. Резко сдергивает полотенце и откидывает его в сторону. Такой Виктор меня пугал. Думала закричать или ударить его по рукам – что он себе позволяет – но испугалась его жесткого взгляда. Хотела отойти, но остановила его рука, которая коснулась шрама на плече медленно и аккуратно.

Теперь его взгляд стал печальным.

— Когда я сбил тебя, ты прокатилась по капоту, ударилась о лобовое стекло. Я на миг растерялся и крутанул руль в сторону, чтобы не врезаться в другие машины, и не увидел остановку, куда потом вместе с тобой на капоте и въехал. Все разбилось на мелкие осколки. Все эти шрамы моя вина, – шепчет, поглаживая алую полоску уже на руке.

— Это моя вина, я ведь сама вышла на красный, и …

— Нет, ты ни в чем не виновата, это я был слепой и не видел ничего вокруг, а ты просто защищала себя.

— Защищала? – это он сейчас о чем?

— Вернее, ты хотела успокоиться, сделать как лучше. Немного забылась…

— В общем, виноваты оба! Но я благодарна вам, что вы меня не бросили, а теперь я буду ещё и рядом с вами работать.

— Да, ты будешь рядом, – улыбается нежно, и его рука скользит вверх по моему плечу. Касается шеи, щеки.