Книга Ты под моей защитой, страница 32 – Юлия Кажанова

Прохожу на кухню и с улыбкой смотрю на круглый стеклянный стол, четыре стула и стенку с посудой. Я даже прохожусь по шкафчикам и нахожу немного макарон да каши. Плита имеется, холодильник тоже. Правда, пустой, но внизу я видела магазин.

С виду самая обычная квартира. И не скажешь, что тут прячутся от бандитов.

— Ты закончила экскурсию? — звучит уставший голос из гостиной, и я возвращаюсь туда, чтобы увидеть Яромира, сидящего на диване с аптечкой.

От одного взгляда на неё меня начинает потряхивать. Неужели не передумал?

— Лена, хватит бояться. Хуже, чем есть, ты уже точно не сделаешь, — смеётся и хлопает на место рядом с собой. Сказал прямо в точку.

— Может, там всё же не надо зашивать? Достаточно обработки?

— Ты у нас врач, смотри сама.

Вздыхаю и, сев на диван, открываю аптечку. Неплохо, даже очень. Тут и таблетки есть, и ампулы с лекарствами. Пробегаю по названиям и понимаю, где обезболивающие, а где антибиотики. Есть даже таблетки от кашля и от боли в желудке.

— Что такая кислая? Яд не нашла?

— Ты лучше так не шути. Давай, рану показывай, — говорю, доставая перекись и вату.

Яромир кивает и одним движением стягивает с себя рубашку, а я замираю, смотря на соблазнительное тело. Да, немного подстреленное, но, чёрт, он шикарен!

Чётко очерченные линии мышц, кубики и эти руки… Моя большая слабость. Я уверена, что только в сильных и умелых руках можно стать счастливой.

— Малыш, ты ждёшь, пока я истеку кровью? — звучит чуть усталое, и я вижу, что мужчина откинул голову на спинку и прикрыл глаза.

— Прости, я сейчас.

Аккуратно убираю полотенце, которым я перебинтовала Яра, и выдыхаю, видя, что из раны уже не сочится кровь. Но сама она приличная.

Стараясь не причинять боль, обрабатываю края, а потом, тяжело вздохнув, достаю из аптечки иглу.

— Решилась?

— Нет, но тут и правда лучше зашить.

— Хорошо, но, может, сперва обезбол? Или я недостаточно ещё намучился? — спрашивает, и я вижу, как насмешливо он следит за мной.

— Точно, прости.

Шприц, лекарство — и я довольно ловко ставлю укол. Руки трясутся, но не очень сильно.

— Видишь, всё не так и страшно.

— Яр, это всего лишь укол. А надо шить. Мне же придётся в тебя иглу вонзить.

— Ты в меня пулю всадила. Уж иглу-то я вытерплю. К тому же ею ты меня точно не убьёшь. — Ну это ещё как посмотреть.

Набираюсь храбрости и всё-таки решаюсь. Стежки я пока тренировалась делать только на подушке и банане, а тут живой пациент. И только я вкалываю иголку, как Яр кричит:

— Ай!

— Что?! — Подскакиваю и со страхом смотрю на мужчину. Неужели так больно?

Но, увидев его смеющееся лицо и то, как он сотрясается, понимаю, что меня провели!

— Эй! Это не смешно! — кричу на него, на что он смеётся ещё больше.

— А, по-моему, ещё как смешно. Ты чего такая нервная?

— Это ты больной на голову! Видишь же, как мне страшно, — ворчу, садясь обратно.

— Вообще-то, это мне должно быть страшно! Я доверяюсь той, кто меня и покалечил.

— Это что за претензии? Я могу вообще ничего не делать!

— Если я буду не в форме, я не смогу защитить тебя. Так что, нервная моя, садись и приступай к работе! Обещаю больше не пугать. — Теперь взгляд Яра серьёзный, хотя небольшие искорки веселья в нём всё ещё присутствуют.

— Запомни, ты сам это попросил.

Работа занимает почти полчаса, и стежки получаются кривые, зато рана закрыта. Поверх наклеиваю пластырь и закрываю аптечку.