Книга Отец моей подруги, страница 90 – Асия Кравец

Карим наконец поднял голову. В его глазах вспыхнул огонь.

— Я не звал тебя сюда, чтобы слушать отчеты о том, где ее нет. Я хочу знать, где она есть. Артур, ты лучший в своем деле. Но в последнее время мне так не кажется. Пять месяцев, Артур. Ты не можешь найти ее пять месяцев.

Артур сглотнул. Он знал, что Магомадов сейчас находится на грани. Это было видно по глазам и рукам, которые сжались на столе в кулаки.

— Не совсем так. Я принес и хорошие новости. Есть одна зацепка. Слабая, но... Вчера в районную поликлинику небольшого городка под Тверью обратилась девушка. Без документов. Сказала, что потеряла их. Потом зашла в аптеку. По камерам очень похожа. Там правда видимость почти нулевая и она боком стояла. Но все же надо проверить. У них там какая-то техническая проблема, но скоро мне на почту скинут записи с камер, посмотрим.

Карим медленно встал. Каждое его движение было пропитано тоской и желанием увидеть ее хотя бы раз еще. Он подошел к окну, заложив руки за спину.

— Похожая, говоришь? – проговорил еле слышно и прикусил губу. -Почему она была в поликлинике? Она больна или ранена?

— Нет, Карим Шамханович. Я узнал. Она обращалась к врачу гинекологу, а в аптеке покупала витамины для беременных.

Тишина, воцарившаяся в кабинете, вонзалась в сознание острой иглой. Карим почувствовал, как в груди что-то с треском лопнуло. Это точно она. Он чувствовал это. Знал, даже не глядя записи с их долбанных камер.

Беременна. Пять месяцев. Та последняя ночь в их квартире, когда он думал, что наконец-то обрел свободу. Когда он брал ее с яростью и нежностью одновременно. В ту ночь он не думал о защите. Впервые. Хотя раньше такой вольности себе не позволял.

— Беременна, - эхом отозвался он.

В голове пронеслись слова Зайнап о чужом ребенке. Ирония судьбы. Зайнап лгала о сыне, чтобы удержать его, а та, которую он любит больше жизни, носит его настоящего ребенка и сбежала от него на край света.

— Машину, - приказал Карим, резко разворачиваясь. В груди будто огонь полыхнул. Опалило, обожгло всего. – Самолет. Не важно. Что быстрее будет.

— Карим Шамханович, город маленький, если мы нагрянем туда с охраной, она может снова испугаться и скрыться. Да и нет смысла ехать, пока камера не посмотрели. Вдруг это не она?

— Она больше никуда не скроется, - отрезал Магомадов, хватая пиджак. – мы поедем с тобой вдвоем. Охрану брать не будем. Если это она, если это мой ребенок, я…

Он не договорил. Он представил ее, бледную, с округлившимся животом, в каком-нибудь дешевом платьице, прячущуюся в тени провинциальной улочки.

Ярость на нее за побег мгновенно сменилась такой пронзительной болью и нежностью, что у него перехватило дыхание. Она думала, что сможет вырастить его ребенка втайне от него? Она думала, что он позволит своему младенцу и своей женщине жить в нищете и страхе?

— Адрес, Артур. Пробей адрес, где она живет. Вычисли по камерам, по слухам, хоть по кофейной гуще!

Через час они уже выезжали. Карим смотрел на проплывающий город и сжимал в кармане маленькую бархатную корочку. Пять месяцев он носил в себе смерть. Теперь он ехал за своей жизнью.

Он знал, что Юля не простит его сразу. Знал, что она будет бояться, будет кричать, будет гнать его прочь. Но он также знал, что больше не допустит ни одной ошибки. Он не будет покупать ее машинами и должностями. Он будет ее умолять, упадет перед ней на колени, если потребуется. Но вернет ее себе.