Книга Серая шейка. Непридуманная жизнь, страница 41 – Груша Ерофеева

Ну хоть что-то полезное я сделала в этой жизни.

Пора подумать о будущем. А хочу ли это будущее связать с Кириллом? Еще пол-года назад — да, безусловно хотела. А сейчас? Уже не уверена.

Не помню как Кирилл делал мне предложение. Запоминать было не чего. Ни кольца, ни цветов, ни коленопреклонения. Надо признать, что и лавина его восхищения и комплиментов поутихла. Переживает после разводных перипетий?

Точно помню как он убеждал меня, что торжественную свадьбу делать не стоит и ресторан с гостями тоже не нужен:

— У меня была пышная и дорогая свадьба. Невеста в шикарном платье, свадебный кортеж, ресторан, вон — целый альбом фотографий с одного дня. И что? Развод. Я вообще заметил, что чем пышнее свадьба, тем короче брак.

Фотографии были действительно роскошные. Профессиональные, в московских локациях. Новобрачные юны и счастливы. Ничто, как говорится, не предвещает...

Ну кто я, чтобы спорить? Тем более, что у меня денег на свадьбу не нет. Как и настроения. После развода мы напоминали переживших кораблекрушение. Только выползли на берег и пытаемся набраться сил.

Его родители не проявляли инициативы. Мои тоже отмалчивались. И я не спорю:

— Конечно, Роднулечка, мы просто распишемся. Давай тогда только ты и я. И никаких гостей.

Мы подали заявление, получили месяц на проверку чувств и перестали предохраняться.

Расписали нас за несколько минут в маленьком тесном кабинетике. Регистратор чего-то сказала напутственное, пристально вглядываясь в область моей талии. Оценивала срок моей беременности? А не было её, беременности. Но, если судьба окажется ко мне добра, то будет.

Если уж совсем честно, я ждала от Кирилла приглашения в ресторан и букетик. Это же не имеет отношение к пышной свадьбе? Так мы не сглазим наш брак? Просто приятно новобрачной. Я же новобрачная? И это моё первое — и я убеждена железно — последнее бракосочетание.

Но не дождалась.

Мы вернулись домой. Без ресторана. Без букета. И даже без обручального кольца. Я сердилась на саму себя. Могла бы хоть платье новое приготовить для регистрации. А то стояла в старом студенческом платье как нищенка.

Зато к нам повалили гости. И как узнали? Мы ведь решили отметить тихо, без посторонних.

Гости шли, вручали подарки и ожидали застолье. Упс!

Вечер я провела в мыле. Бегала между кухней и нашей единственной комнатой, готовила что можно было сделать быстро и метала на стол еду весёлым гостям. Они, конечно, непритязательны, но прожорливы. Кирилл был звездой вечера, впрочем, как всегда. Хохмил. Развлекал.

К ночи Кирилл проводил последнего гостя и зашел на кухню, где громоздились горы посуды:

— Устал! — Выдохнул он. — Бросай тут всё. Утром уберём.

Но я не могла утром. До утра меня бы съел внутренний голос, говоривший мне бабушкиными и мамиными интонациями: тварь ленивая, чушка, засралась... Помню, однажды в детстве я не убрала на своем столе учебники. Мама разбудила меня ночью и заставила навести порядок. Поэтому нет, утром — не вариант. Но ближе к утру я все закончила. И еле живая поплелась к новобрачному под теплый бочок.

Ну что, Маша, поздравь сама себя с законным браком! Ты хотела замуж. Ты получила замуж.

Я больше всего боялась не забеременеть. Это было бы как предательство любимого мужчины. Он так гордится своими генами... Так хочет продолжиться в детях. И вот расставание с сыном. Не могу же я лишить его надежды на другого ребёнка.