Книга Развод. Цена одного решения, страница 47 – Софа Ясенева

Следователь внимательно просматривает материалы. По его лицу невозможно понять, что он думает. И это нервирует очень сильно.

Когда разговор наконец подходит к концу, я не выдерживаю:

— Скажите честно, этого достаточно?

Мужчина поднимает взгляд.

— Для проверки — да.

— А для возбуждения дела?

— Сначала нужно установить все обстоятельства.

Типичный осторожный ответ. Я понимаю это. Но легче не становится.

Рома, сидящий рядом, накрывает мою руку своей. Простой жест, незаметный со стороны. Но сейчас он значит для меня гораздо больше, чем любые слова.

Следователь ещё раз уточняет наши контакты и обещает, что с нами свяжутся. После этого мы выходим из кабинета.

Только оказавшись на улице, я замечаю, насколько сильно устала. Будто за эти несколько часов из меня вытянули все силы. Я глубоко вдыхаю прохладный воздух.

— Ну вот, — тихо говорит Рома.

— Вот.

— Назад дороги уже нет.

Я смотрю на него. На его напряжённое лицо. На тени под глазами. На усталость, которую он пытается скрыть. И понимаю, что он прав.

Теперь назад дороги действительно нет.

Мы дали этой истории официальный ход. И очень скоро кому-то придётся ответить за всё, что произошло.

Полиция, вопреки моим тайным надеждам, не бросается немедленно арестовывать виновных и распутывать клубок интриг. Жизнь вообще редко работает так, как показывают в сериалах. У следователя находятся другие дела, материалы отправляются на проверку, кому-то направляют запросы, кого-то вызывают на беседы.

А у нас продолжается обычная жизнь.

Или её очень убедительная имитация.

Несколько дней проходят на удивление спокойно. Я работаю, принимаю пациенток, провожу процедуры. Рома тоже погружается в свои операции и консультации. Мы почти не обсуждаем расследование, словно оба понимаем, что пока говорить особенно не о чем.

Зато начинаем больше времени проводить вместе.

Не специально. Само собой получается.

Вместе завтракаем. Вместе возвращаемся домой. Несколько раз даже ужинаем без телефонов в руках.

Не то чтобы все наши проблемы внезапно исчезли, но после истории с Тишковой они будто отошли на второй план.

Иногда мне кажется, что мы оба просто устали бояться.

Потом наступает день её планового визита.

И спокойствие заканчивается.

Я ещё утром замечаю её фамилию в расписании и чувствую неприятный укол под рёбрами. За последние дни я почти убедила себя, что смогу вести себя как обычно. Что буду смотреть на неё исключительно как на пациентку.

Но стоит Тишковой переступить порог кабинета, как становится понятно: сегодня ничего обычного не будет.

Она входит стремительно, даже не поздоровавшись.

Лицо напряжённое. Губы сжаты. Глаза горят каким-то нездоровым блеском.

Я сразу вспоминаю её спокойствие во время предыдущих встреч и понимаю, насколько сильно она изменилась.

— Анастасия Евгеньевна, присаживайтесь.

— Не хочу.

Она остаётся стоять.

Я откладываю ручку.

— Что-то случилось?

Вопрос получается откровенно глупым. Случилось явно многое.

— Что случилось? — почти шипит она. — Вы ещё спрашиваете?

— Давайте спокойно обсудим...

— Спокойно?

Она нервно смеётся.

— Вы серьёзно сейчас предлагаете мне успокоиться?

— Анастасия Евгеньевна...

— Нет, это вы меня послушайте.

Она делает шаг к столу.

— Я доверяла вам.

Каждое слово звучит резко и зло.

— Вы были моим врачом. Я верила вам. А теперь из-за вас моя жизнь летит к чёрту.