Онлайн книга «Кавказская пленница. Строптивая сводная для горца»
|
— Ноги на подставки, таз ниже, поднимите больничную робу. Пытаюсь расслабиться, когда холодный металлический инструмент касается меня в самом интимном месте, но все равно больно. — Ай, — только и успеваю возмущенно произнести, когда дверь бесцеремонно распахивается и в кабинет входит Заур, для развлечения которого я должна сейчас проходить эти круги адского унижения. Я тут же дергаюсь и пытаюсь закрыться, но мне не дают, хватая за ноги. — Тише! — говорит врач, — а то я могу что — то повредить! Всхлипываю от беспомощности. Упираюсь в его глаза. Это просто верх унижения. Это дно! Его черный жесткий взгляд сразу фиксируется на моих распахнутых бедрах. — Продолжайте, — говорит сухо и вальяжно усаживается на кресло. Вроде как и ширма есть, только она словно бы наполовину меня прикрывает. Я уверена, что он все видит! Уверена! Без малейшего стеснения, совершенно игнорируя мое смущение, он смотрит на то, как ведут мой осмотр. — Девушка и правда невинна. Девственная плева натуральная, не восстановленная… Плоть очень чувствительная, что я вижу по смазке… — Хорошо, — он перебивает проклятую врачиху своим хриплым голосом, — дальше. Дальше? Что означает дальше? Я понимаю это в следующую минуту, когда проворная рука отвратительной экзекуторши извлекает из пластикового пакета какую — то пластмассовую гибкую палку, обильно смазывает ее в чем — то и касается меня… — Нет! — кричу я отчаянно, — не надо! Это ужасно! — Не так… — снова прерывает мое унижение Гаирбеков, — раком… Я сглатываю ком в горле, сильно морщась. Ненавижу… Как же я его ненавижу… — Ты слышала, что сказал Господин… Господин?! Серьезно?!!! Вот так теперь мне приказано его называть? Если бы я могла сейчас убить их всех прямо на месте мучительно и жестоко, с морем кровищи, я бы точно это сделала, но я не могу… Я беспомощна. Пока. Настолько, что сама пришла просить помощи у этого мерзавца. Заранее понимая, на что он обречет дочь женщины, которую ненавидит всей душой… Которую винит во всех своих бедах и травмах… Врачиха нетерпеливо дергает меня за запястье, вынуждая подняться. — Расстегни верхние пуговицы, я грудь посмотрю еще быстро, — говорит она, гвоздя строгим равнодушным взглядом. Кто я для нее? Очередная русская кукла для утехи их мужчин? Гадко. Как же гадко на душе. Не хочу… Не хочу этого… Ненавижу. Всех ненавижу. И мать свою ненавижу, что поставила нас в такое положение… И себя… На глаза наворачиваются слезы. Он видит это и, о спасение, опускает глаза на экран телефона. — Тут тоже совершенно натуральная, здоровая плоть без уплотнений. Отведем девочку еще на узи, чтобы точно исключить какие — то отклонения. Но пока выглядит совершенно здоровой. Повернись, Наталья, — приказывает она теперь, подводя к столу. Шелковая юбка снова задирается наверх, оголяя бедра. Момент — и я чувствую, как кожа живота касается холодной поверхности металлического стола для процедур. Морщусь, когда гадина продолжает свой осмотр… — И тут тоже все девственно, Заур Ренатович. Сейчас я сделаю ей противозачаточный укол, после чего можно будет не думать о предохранении на протяжении трех месяцев. — Поднимайся! — тут же обращается ко мне, уже совсем другим тоном врачихомучительница. — Нет, пусть лежит пока. Выйди, Галина, — слышу за спиной и чувствую, как по моим позвонкам бежит скользкая саламандра страха… |