Онлайн книга «Кавказская пленница. Строптивая сводная для горца»
|
— Наташа, там к тебе пришли, — на второй этаж заходит помощница по дому. Прекрасная женщина, которая уже второй месяц страхует меня с завтраками и ужинами, потому что я все — таки в кулинарных вопросах сильно уступаю Зауру, но показывать это не хочу… Хотя он и так догадывается и только усмехается, говоря, что я даю ему главное — вкусный десерт, при этом тиская за попу. Я быстро бегу вниз, ожидая увидеть помощников по дизайну, как вдруг… застываю… Мама Заура. Хадиджа… За эти месяцы мы с ней имели короткий разговор. В день, когда заключали никях. Она и правда приехала, вместе с моей мамой. Поздравила сухо, не глядя в глаза — и была такова. Мама показала себя более приветливой. Обнимала, улыбалась, много говорила и в целом делала вид, что все хорошо, но… Как ни странно, но именно в поведении Хадиджи я увидела больше естественности. Мы не сможем больше быть близки с родной матерью, потому что позиции по жизни у нас, как ни крути, разные. Заур не сможет ее уважать, хоть я и знаю, что он оставил за ней московскую квартиру. Так бывает. Никто не будет мешать ей общаться с внуком, но близости материнско — дочерней не будет у нас, конечно… А вот Хадиджа… Она его мать. Она рядом, она… Я знаю ее историю. Она пугает меня, антагонизирует, но и печальной делает тоже… — Здравствуй, Наталья, — произносит она, когда видит меня. Смотрит в лицо. Напрягаюсь сильно. Пульс стучит. Заура рядом нет. Страшно. Она может сказать что — то ужасное, — у тебя токсикоз, — вдруг выдает, — бледная… Заур тоже из меня до восьмого месяца всю душу выворачивал. В него внук… Ее внезапная теплота в словах обескураживает. Впервые позволяю себе посмотреть на нее без настороженной опаски. — Может чай? — Не мучайся, не надо. Я на быстро… — Не мучаюсь, — делаю встречный шаг, — мне самой нужно, пью отвар, чтобы не тошнило, но не вредно для ребенка. Бабушка с гор отправила. — Раз бабушка, то эффективный отвар, наверное, — улыбается она. Мы заходим на кухню. Я немного суечусь с чайником. Когда ставлю перед ней чашку с блюдцами, она цепляет глазами мое кольцо. То самое, старинное, бабушки, которое мне подарил Заур. Я немного нервничаю. Он ведь сказал, что матери она его не отдала… На автомате накрываю рукой. Хадиджа улыбается. — Так уж сложилось, Наташа, что у меня с Ренатом любви не было… — отпивает и смотрит в окно, — мы поженились по законам гор. Семьи поженились. Мы приняли их выбор. Так веками было. Везло тем, кто мог совместить это с любовью, а другие… другие как мы… С той лишь разницей, что у мужчины в нашем мире всегда был шанс найти отдушину. Твоя мать такой стала для Рената. Были и другие женщины, но она осталась на дольше, и я знаю, что он хотел ее сделать частью семьи. Бабушка отвергла. Меня потому и удивило сразу, что тебя она наоборот приняла… Тогда удивило, а потом я поняла… Она делает паузу и отпивает снова. — У вас правда любовь… Я видела такую любовь однажды. Мужчина, за которого я замуж хотела, тоже так любил. Такую же как ты — светлую русскую девушку. И ничто не встало на пути их любви, хоть козней было побольше, чем у вас… Я вот такой любви не знала, но всегда хотела, чтобы у меня так было. Но мой поезд ушел, а вот Заур… Он и правда заслуживает любви. Он самое дорогое, что у меня есть. И точно знаю, что я ему дорога. Он сильно переживал из — за истории с Ренатом и твоей мамой. Думал по — максималистски, что это она виной в том, что мы несчастливы… Я поговорила с ним, знаешь. Когда увидела, что к Арювзат его не тянет, взяла и поговорила. Рассказала, что не мать твоя всему виной… Что сложнее все, глубже… Переступила свой эгоизм и открыла ему сердце… Возможно, это тоже на его выбор повлияло. Правильный выбор. |