Книга Влюблюсь. Женюсь. Не разведусь, страница 77 – Анелия Чадова

— С будущей свекровью тебе откровенно не повезло, — неожиданно на выдохе заговорил он. — Да и младший брат у меня тот ещё засранец.

— А ты, гляжу, уже окончательно меня присвоил, — чтобы хоть немного отвлечь его от той горечи, что звучала в его голосе, игриво промолвила Ирина, заглядывая ему в лицо. Её пальцы скользнули по его бороде, погладили, словно приласкали кота. — Не рановато ли?

Захар посмотрел на неё сквозь полуприкрытые веки, усмехнулся — не насмешливо, а тепло.

— Ну сейчас, допустим, рано жениться. Но в октябре нормально. Не хочешь осенью — поженимся весной, в апреле. И фотосессию устроим в яблоневом саду. Представь, как красиво будет: ты в шикарном белом платье на фоне белых яблонь. И я — тоже красивый, потому что в честь такого знаменательного события сбрею бороду.

Ира звонко рассмеялась — искренне, заразительно, запрокинув голову. Захар тоже растянул рот в широкой улыбке, довольный, что смог её рассмешить своей неожиданной фантазией. А ведь до этого момента он никогда не представлял свою свадьбу так ярко и красочно.

Он вдруг притянул её ближе, уткнулся носом в её шею и прошептал:

— Знаешь, а мне нравится эта мысль. Очень нравится.

Ирина, чуть отстранившись, заглянула ему в глаза — в них плясали озорные смешинки. Задумчиво прикусила губу, а потом выдала:

— Значит, я подумаю над твоим предложением, — улыбнулась она. — Апрель. Яблоневый сад. И бородатый жених… хотя нет, без бороды — звучит уж слишком заманчиво.

Захар осклабился довольно. Притянул её на себя — резко, властно, так, что у Ирины перехватило дыхание. Она с удовольствием повиновалась, чувствуя, как его руки скользнули вдоль её обнажённого тела, с нажимом очерчивая изгиб талии, а затем опустились ниже, грубо сжимая бёдра.

И на страстный поцелуй ответила с полной самоотдачей — губы в губы, дыхание в дыхание, без остатка. Её пальцы вцепились в его плечи, ногти ощутимо царапнули кожу, оставляя тонкие красные полосы. Захар глухо застонал ей в рот и сжал её ещё крепче, почти до боли.

Он перевернул её на спину одним стремительным движением, нависая сверху. Взгляд потемнел, стал тяжёлым, жадным. Его губы скользнули по её шее, прикусили нежную кожу у ключицы, оставив лёгкий след. Пальцы нетерпеливо впились в её бёдра, фиксируя положение.

Ира выгнулась навстречу, задыхаясь от нахлынувшего жара. Кончики пальцев пробежались по его груди, царапнули соски, резко скользнули вниз — к резинке трусов, чуть оттянули её и тут же отпустили. Дразняще, провокационно.

— Захар… — выдохнула она прерывисто, и в этом шёпоте звучали вызов и откровенное желание. Она провокационно облизнула губы.

Он замер на мгновение, глядя ей в глаза — зрачки расширены, дыхание рваное, прерывистое. Вопросительно выгнул бровь.

— Дразнишься? — прошептал он низким, хриплым голосом.

— Если только чуть-чуть, — ответила она томно, чуть прищурившись.

Захар рыкнул, впился в её губы жёстким, требовательным поцелуем, одновременно резко разведя её колени коленом. Руки скользили по телу — без ласки, только жажда обладания, напор, сила. Пальцы впивались в кожу, губы кусали, терзали, требовали ответа.

Ирина ответила тем же — без намёков, без полутонов. Её руки рванули резинку его трусов вниз, пальцы впились в ягодицы, притягивая ближе, ещё ближе. Она выгнулась всем телом, прижимаясь к нему вплотную, кожей к коже, ощущая его жар, его напряжение, его голод.