Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал, страница 98 – Денис Камков, Александр Камков

Король повернулся ко мне и взглянул прямо в глаза. В них я прочел решимость, твердую волю и страдание, которое испытывает любой родитель, не зависимо от сана или расы, при подобной потере. Сын, если действительно он был еще жив, был жизненно необходим Эльсинору и этому королевству и как наследник, и как символ того, что эльфы не проиграют в этой войне, что веками уже ведут с южанами. И мы опять-таки оба все это прекрасно понимали.

— Я готов отправиться на юг, Ваше величество, распорядитесь подготовить корабль и команду. Мы отправимся так скоро, как только сможем.

— Да будет так! – Он развернулся на каблуках и неспешно направился вглубь замка, а я остался стоять, как в прошлый раз на террасе, глядя вниз в бурлящую воду реки.

В руках я вертел тоненькое, ажурное, усыпанное россыпью сапфиров и бриллиантов серебряное колечко гномьей стали, которое я утром, перед отплытием, подарю своей невесте, в знак нашего с ней обручения.

(Путешествие и приключения Драгорта и Сэмиуса на Южном континенте, описаны в отдельной книге: «Южный континент», автор Денис Камков).

Глава 24.

Мир Омникорню. 2342 год. Саутбей. Пилон 6. 6 дней до запуска щита. Пустошники, плен.

Дорога на Саутбэй была в приличном состоянии. Это значило, что участков без завалов было достаточно много, чтобы разогнать байк до трёхсот километров в час и не убиться. Конечно, мне помогала, прокаченная Новой, скорость реакции. Дорога шла дугой, выгибаясь к северу. Предки бережно относились в планете и старались избегать глобальных терраформирований, наземной тяжёлой индустриализации и всего такого прочего. Вот и дорога шла в обход красивого и большого озера с островом посередине.

Название реки, которую мы должны были пересечь, как и название озера были мне не важны, так как, никак не могли повлиять на что-либо. Поэтому река и озеро, являлись для меня достаточными понятиями и названиями.

Расчет риска в процентах, да, представьте себе, ТМ делал и такие расчёты, говорил мне, что до реки всё будет спокойно. Эти земли ещё относились к Парку и полковник, сдается мне, просто так своего никому не отдаст. После реки, вероятность проблем превышала пятьдесят процентов, и путь по дороге был для меня заказан. По сути, в этом не было ничего страшного, просто скорость передвижения упадет до черепашьих пятидесяти-шестидесяти километров в час и мой путь займет больше времени.

Снова использовав пилон как ретранслятор, я не стал дотягиваться до Наставника мыслью, а просто отправил ему сообщение на ПК. В этом сообщении я кратко обрисовал ситуацию, свои успехи и планы и снова попросил о помощи в расчистке пилона номер семь в Кроссборне. Я знал и видел сам это место и понимал, насколько титаническая работа там предстоит. На площадь Свободы, где когда-то планировался запуск этого пилона, упал один из мегашпилей, и расчистить предстояло тысячи тонн перекореженного ферробетона, пластали и битого суперстекла.

За этими мыслями я домчался до некогда прекрасной в своей ажурной красоте, широченной переправы через реку и, остановив байк, невольно залюбовался её остатками. Нейросеть, почувствовав мое желание, дорисовала разрушенный ныне мост, и я увидел его таким, каким он был во времена моих предков. Два огромных, примерно по триста метров в высоту пилонов моста упирались в небо, более тысячи вант в натяг, удерживали пилоны в строгой вертикали, а полотно моста в горизонтали.