Книга Мир Дроу. Правящий Дом Миззрим, страница 37 – Денис Камков

Венчал образ верховной жрицы, выкованный из того же материала – венец, плотно сидевший на абсолютно седой голове главы Дома. Украшениями его служили глифы Миззрим на прижатом к вискам драгоценном ободе, и стилизованная корона по его центру. Каждая деталь ее, была выполнена в виде паучьих лапок, а коготки трех вершин этого знака высшей власти, держали по граненому рубину, весьма впечатляющего размера.

— Встань! – Сабал’л легко коснулась своей левой рукой склоненной головы девушки, тем самым благословляя ее.

В правой же ее руке, был зажат длинный, с нее ростом, резной посох. Судя по тому, что видела сейчас девушка, он был сработан мастерами ювелирами из кости какого-то крупного животного. Толщиной с берцовую кость, он был весь источен искусно вырезанными на его поверхности рунами и магическими знаками, половины из которых Анлуриин никогда не видела. В расширяющуюся вершину этого посоха-скипетра, прямо сверху, был вставлен, размером с ее кулак, кровавый рубин, но не граненый, а выточенный в виде тела паука, причем со всеми, даже самыми мелкими, анатомическими подробностями. Приглядевшись, Анлуриин поняла, что немного ошиблась. Рубиновый паук не был каким-либо образом вставлен в скипетр. Своими лапками, а точнее их когтями, он скорее впивался в скругленное, резное навершие посоха, словно присел на него ненадолго, и скоро вновь отправится в дальнейший путь. Выполнить подобное чудо из драгоценного камня было попросту невозможно, хотя магия, конечно, творит еще и не такие чудеса.

Девушка медленно поднялась, неторопливо выпрямляясь во весь рост, сразу становясь чуть выше, не самой высокой среди дроу, верховной жрицы. И дело тут было не в ее старости, потому как, несмотря на пять с лишним прожитых веков, осанка и стать главы их Дома ничуть не уступали даже ее матери, славящейся среди дроу Миззрим совершенством в этих двух понятиях. Сабал’л внимательно смотрела на поднявшую, наконец, на нее глаза девушку и взгляд ее темно-синих глаз был испытующим и властным.

— Слушаю тебя, Анлуриин! Ты ведь просила аудиенции не только для того, чтобы просто лицезреть меня и мои весьма скромные покои?

— Я хотела бы принести присягу на верность правящему Дому Миззрим! – Четко и внятно проговорила она.

— Произнеси слова клятвы! – Тут же ответила Сабал’л, в точном соответствии с поступившим официальным запросом.

— Я, Анлуриин, присягаю на верность Дому Миззрим. Клянусь быть верной данному моему слову, защищать интересы…

— Достаточно, – прервала ее Сабал’л, нетерпеливо взмахнув своей левой рукой в непростом жесте. – Я вижу тебя насквозь, а потому нет смысла тратить время на полное прочтение, довольно таки громоздкого свитка, что написал еще первый глава нашего Дома.

От этого ее взмаха, на груди девушки ярко вспыхнула новая татуировка. Крепко стиснув зубы, девушка молчала, сдерживая готовое вырваться наружу шипение, пережидая резкую, жгучую боль, пока магический свет на ее кожи не угас, оставив лишь завиток измененной по цвету кожи, в виде глифа Дома Миззрим. Сабал’л кивнула, оценив стойкость молодой илитиире, и приглашающим жестом махнула в сторону плетеного кресла, стоявшего неподалеку, прямо у стены, в шаге от входной двери в ее покои.

Сама же она опустилась на походный трон, выглядевший уменьшенной до утилитарного размера, копией громоздкого и напыщенного каменного изваяния, установленного в тронном зале их Дома, многочисленные изображения которого, дроу не раз видела на картинах и гобеленах, проходя по коридорам внутри своего Дома. Этот был гораздо меньше по размерам и выполнен из темной породы северного, низкорослого дуба. Стоял он в шаге, прямо позади от Сабал’л, у самой стены и, судя по всему, именно на нем она и сидела, когда открылась дверь и к ней зашла Анлуриин.