Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ, страница 115 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Пустота откликнулась на его ярость, и на этот раз он её нисколько не сдерживал. Беспокойство за Касс оказалось сильнее всех остальных запретов.

Войд бросился на Ферруса. Владыка демонов развернулся, замахиваясь мечом, но Пустота уже пожирала пространство между ними. Фиолетово-чёрная воронка раскрылась перед Войдом, поглотив замах Ферруса целиком, и меч вошёл в Пустоту, вышел с другой стороны, ударив в пол за спиной Войда.

Войд врезался в Ферруса на полной скорости, и удар отбросил Владыку на два шага назад, впервые за весь бой. Руки Александра, окутанные Пустотой, вцепились в пластины на груди, и там, где Пустота касалась плоти, плоть исчезала. Броня рассыпалась пылью, мышцы таяли, кости обнажались, и Феррус впервые заревел от настоящей боли, потому что Пустота не давала регенерировать. Она пожирала саму суть материи, оставляя на теле Владыки воронки небытия, которые его плоть не могла заполнить.

Войд теснил его. Шаг за шагом, удар за ударом, Пустота расширялась вокруг обоих, поглощая камень, воздух, энергию. Феррус отбивался мечом, но Пустота искажала его траектории, замедляла клинок, уводила удары в пустоту.

Плоть Войда трескалась. Его кожа лопалась чёрными линиями, из которых сочился фиолетовый свет. Глаза затопила чернота, зрачки растворились, и из его горла вырвался смех, тот самый смех, который я слышал на мосту. Безумный, чужой, лишённый всего человеческого.

Пустота пожирала своего хозяина, одновременно давая ему силу, за которую платить приходилось собственным телом и, возможно, чем-то большим.

Войд вцепился в правую руку Ферруса обеими ладонями. Пустота хлынула в конечность, пожирая мышцы и кости от запястья вверх, к локтю, к плечу. Феррус заревел, рванулся, попытался оторвать Войда от себя. Его левый кулак обрушился на голову Александра, вмяв ему скулу и разбив бровь, но Войд держал, вцепившись мёртвой хваткой.

Рывок. Хруст. Влажный, отвратительный звук рвущихся сухожилий и мяса.

Войд оторвал правую руку Ферруса вместе с куском плеча. Пустота мгновенно поглотила конечность, растворив кости и плоть в чёрной воронке, и Феррус отшатнулся, оставляя на полу широкую полосу чёрной крови. Культя на месте правого плеча дымилась, по ней расходились серебряные прожилки Пустоты, пульсирующие холодным светом, и новая плоть не нарастала. Пустота запечатала рану, не позволяя регенерации запуститься.

Меч Ферруса лежал на полу рядом с культёй. Левой рукой Владыка стремительно подхватил оружие, перехватил рукоять, и клинок пронзил грудь Войда насквозь до того, как тот успел что-то сделать. Вошёл спереди, под рёбра, и вышел из спины, дымясь чёрной кровью.

Смех оборвался, и Войд замер с лезвием в груди. Чернота медленно отступала из его глаз, возвращая осмысленный, человеческий взгляд. Александр Войд смотрел мимо Ферруса, туда, где за колонной Леон держал Касс. Губы его беззвучно шевельнулись, складывая имя, и уголок рта дёрнулся вверх в последней кривой полуулыбке.

Феррус выдернул меч, расширяя и без того ужасную рану. Войд упал на колени, потом лицом вниз на обсидиан, и звук удара тела о камень разнёсся по залу громче, чем рёв Владыки демонов. Фиолетовая дымка погасла вокруг его тела, и он замер, лёжа в луже собственной крови, с дырой в груди, через которую было видно пол.