Книга Доктор Элиза. Книга 1, страница 48 – Юин

— Хансон, тебе же нравится Роза?

— Нет, неправда! – замотал головой Хансон.

— Точно нет? А то Ричард переживает. Хочет признаться ей в любви.

— Что?! Ричард? Сейчас я ему покажу! – подскочил Хансон.

Его друг рассмеялся:

— Видишь! А говорил, она тебе не нравится.

Хансон залился краской.

— Если нравится, то иди и признайся ей. А то будешь потом жалеть.

— Не получится…

— Почему?

— Она меня точно отвергнет. Такой, как я, ей не пара.

Обычно Хансон был очень уверен в себе, и сомнения были ему несвойственны. И все же друг не стал настаивать. Представив леди Розу и Хансона рядом, он и сам понял, что его товарищу ничего не светит.

Хансон тяжело вздохнул. Угораздило же влюбиться!

«Ее красота, конечно, бесспорна», – подумал он. Но обаяние заключалось в другом.

«Тот пациент с пневмотораксом…» – вспомнил Хансон. От образа кисейной барышни вмиг не осталось и следа. Девушка была больше похожа на воина, сражающегося за жизнь раненого бойца.

«И как тут не влюбиться…» – с тоской подумал Хансон, вспоминая ее яркую улыбку, когда стало ясно, что пациенту больше ничего не угрожает.

Хансон снова печально вздохнул.

Элиза проводила все дни за работой и даже представить себе не могла, что по ней вздыхают чуть ли не все юноши в больнице.

Но однажды в больницу Святой Терезы пришел неожиданный посетитель. И не с пустыми руками. До дня рождения императора, на котором в ее прошлой жизни было объявлено об их с наследным принцем помолвке, оставалось ровно три недели.

Лондо, столица сильнейшей в мире империи Брития, и «город света» Пари, столица Республики Франс, были крупнейшими городами на Западном континенте, в них жило больше двух с половиной миллионов человек. Общество переживало период индустриализации: бурно развивались наука и промышленность, из-за чего стремительно росли города. Однако наравне с богатыми кварталами в них существовали и бедные районы. Одним из таких был район Пьер, где находилась больница Святой Терезы.

Поздний вечер. Двое мужчин идут по переулку. Оба одеты в обычные, ничем не приметные черные костюмы.

— Хотите еще осмотреться, ваше высочество? – спросил мужчина средних лет у своего молодого компаньона.

— Я здесь инкогнито, – нахмурился он. – Следи за словами.

— Простите, вырвалось…

Это были наследный принц и его помощник, осуществлявшие анонимную проверку.

Но что-то в этой сцене было не так. Наследный принц выглядел совершенно иначе: ни тебе черных волос, ни удивительных золотых глаз – отличительной особенности императорской семьи. Да и в целом лицо изменилось до неузнаваемости. По улице шагал голубоглазый блондин. Это была не маскировка, а нечто совсем другое.

— Кстати… Каждый раз, ваше высочество, не могу не подивиться тому, как у вас получается преображаться, – восхищенно сказал помощник. – Вас ни за что не узнать!

— Опять ты за свое!

— Простите, я имел в виду ваша светлость.

Внешность наследного принца изменилась благодаря способностям к преображению, передающимся по наследству в императорском роду.

«Вот он – настоящий символ императорской семьи», – подумал помощник принца баронет Рэндол.

Де Романовы единственные в мире обладали этой способностью, и значила она невероятно много. Даже в эпоху перемен и потрясений, когда один за другим приходили в упадок королевские дома, де Романовы прочно держались на своем месте. Конечно, род процветал не только вследствие уникального дара, но и благодаря его талантливым представителям, которые всегда думали о своем народе. В процессе индустриализации было изобретено огнестрельное оружие, поэтому способность преображения несколько утратила свое значение. Но про нее не забыли. Жители Бритии гордились тем, что императорская семья обладает таким исключительным свойством.