Книга Песнь войны, страница 133 – Илья Карпов

Скоро всё случится. Скоро недуг отступит, а тело вновь обретёт силы. Скоро он станет больше, чем человеком. Так утверждал и тот желтокожий жрец из Дахаара. Об этом в один голос говорили и старые сказки, а в основе каждой сказки лежит истина, в этом Дериан был уверен. В чём он был не уверен, так это в Иде Морнераль, но об этой проблеме обещал позаботиться Раухель. В самом деле, иначе, как проблемой эту женщину лорд назвать не мог, и терпел её в своём замке, только чтобы воздействовать на старика алхимика, если бы тот вздумал отказаться от работы.

Но теперь дело сделано, и госпожа Морнераль может отправляться, куда ей вздумается. Раухель выдаст ей обещанную плату, а дальше… Главное, что больше она не побеспокоит Пламенный замок. Подумать только, эта изо всех сил молодящаяся вдова из Ригена, похоронившая двоих мужей, строит глазки ему, Дериану Рейнару! Но он был человеком великой выдержки. Он терпел ненавистного брата столько лет, что ему стоило немного потерпеть эту женщину? В любом случае, цель стоит того. После обращения всё это уже будет не важно. Скоро в драконью долину вернётся её истинный хозяин с разумом человека и мощью дракона.

Но власть над долиной — лишь начало для дракона, думал Дериан. Некогда вся Энгата принадлежала этому славному крылатому племени, пока его предки, не совершили величайшее из преступлений, истребив этих прекрасных созданий. И ради чего? Чтобы все эти разжиревшие, глупые и тщеславные лорды населили страну своими ублюдками? Одеринги, Арстены, Раурлинги, Кавигеры, Глайды… Все они преклонятся или погибнут.

Но сначала нужно совершить ритуал. В книге сказано, «дракон рождается ночью при свете звёзд». Проходя по лестнице, Дериан взглянул в окно на усыпанное звёздами небо.

Жрец говорил, что в попытке стать ближе к драконам жрецы-отступники в Дахааре приносили в жертву «пламя родной жизни», кровь дочери или сына. «Чтобы получить то, что желаешь, нужно отдать то, что любишь», загадочно говорил он и с блеском в глазах описывал жертвенные чаши из меди, где кровь стекала к центру по желобам, образуя фигуру изрыгающего пламя ящера, чтобы душа умилостивила древних забытых богов. И если боги одарят колдуна милостью, то он вознесётся над прочими и станет высшим существом.

Впрочем, увидев сомнение в глазах Дериана, жрец сказал, что, если лорд дорожит сыном, то есть и иной путь. «Пламя» может быть не из одного «сосуда». Тогда жертва останется в живых, отдав необходимую часть жизненной силы. Рейнар был уверен, что дети не пострадают. По крайней мере, невероятно сильно хотел в это верить. В конце концов, некоторые маги-отступники, практикующие некромантию, питались силой своих учеников, а те были только рады, получая взамен тайные знания. И после этого им ещё хватало сил убивать собственных учителей в погоне за властью.

Вот и комната детей. Скоро его жизнь навсегда изменится, но он не мог отказаться от удовольствия поужинать с ними. Открыв дверь, Рейнар увидел накрытый стол, по одну сторону от него сидел бодрый Марис, по другую — скучающая Мирана.

— Папа, — улыбнулся мальчик, указывая пухлым пальцем в центр стола. — Нам принесли пирог с вишней! Но Мирана сказала его не трогать, а дождаться тебя.

— И откуда только вишня в это время года… — проговорила Мирана, рассеянно ковыряя скатерть серебряной вилкой.