Книга Ни богов, ни королей, страница 148 – Илья Карпов

— Где Игнат?

— Не знаю. Он превратился в огненный вихрь и улетел куда-то. Сразу после того, как изжарил архимага, — Таринор указал в сторону, где лежало тело Вингевельда, и на лице эльфа появилось отвращение. — Идём, надо разыскать остальных.

В тот день славной смертью погиб лорд Эйевос Таммарен, пало в бою немало его родственников и ещё больше тех, кто верно служил им. Тиберий, целый и невредимый, обнаружился неподалёку от обозов. Когда войско столкнулось со второй волной мертвецов, он отступил к маркитантским телегам и ещё долго не мог прийти в себя от увиденного. Услышав о смерти Маркуса, он совсем помрачнел и попросил оставить его одного.

Братьев северян нашли в одной из рощиц, куда оттягивали силы архимага. Тогмуру крепко попали по голове, и страшно израненный Иггмур молча нёс своего брата на руках до самого лагеря. Там, осторожно положив его на тюк ткани, он сказал: «Пусть братец отдохнёт», и упал рядом замертво. Когда Тогмур пришёл в себя, то, увидев бездыханное тело брата, долгое время не мог вымолвить ни слова.

Люди, посланные позже в крепость, сказали, что не нашли тела Вингевельда. Тогда Таринор решил отправиться туда сам и с удивлением обнаружил, что обугленный труп архимага действительно исчез. Он осмотрел главную башню и нашёл только сундук с одеждой и припасами, обломки камней и осколки кристаллов. В помещении, служившем местной темницей, наёмник обнаружил еле живого измученного Альдена Старлинга.

Когда остатки войска вернулись в Высокий дом, к наёмнику подошёл старик. Он назвался Мейвосом Таммареном, и Таринор вспомнил, что действительно видел его во время приёма у лорда Эйевоса. Он заявил, что теперь, после гибели отца, стал лордом Высокого дома, поскольку Янес, один из его старших братьев, погиб в бою, а другой, Явос, давно отрёкся от наследования, предпочтя службу королевским казначеем. Поэтому от имени дома Таммарен он благодарит Таринора за службу, желает вознаградить его серебром и лично даровать рыцарский титул. Также новоиспечённый лорд обмолвился о беспорядках в столице и предостерёг от скорейшего возвращения туда.

— Серые судьи устроили там настоящее побоище, — сказал он. — Печально, что кровь ныне льётся не только на поле боя.

— Печально, что она вообще льётся, — мрачно ответил наёмник.

Церемония посвящения в рыцари состоялась на следующий день после того, как с почестями похоронили павших, а лорд Эйевос Таммарен нашёл последнее пристанище в усыпальнице. На ней присутствовали как уцелевшие спутники Таринора, так и те командиры, с которыми он недавно делил поле боя. Наёмник никогда не думал, что станет рыцарем и не заучивал слова клятвы заранее, как это делают оруженосцы. Поэтому ему пришлось читать её с бумаги, преклонив колено.

— Пред ликом богов и людей, Троих и многих, я, Таринор, приношу обет Трёх благодетелей: Доблести, Стойкости и Смирения, — проговорил наёмник, не веря собственным словам.

Конечно, многие рыцари плевать хотели на обеты, да и сам Таринор предпочитал клятвам договоры, но всё же ему было не по себе от того, что он произносит это произносит. Наёмник утёр лоб от испарины и продолжил:

— Вверяю свой меч моему господину, лорду Мейвосу Таммарену, и клянусь служить ему в час мира и в час войны, и да не будет у меня иного господина. Если нарушу я обеты или обращу меч свой против моего господина, да будут судьями мне Трое и многие, боги и люди.