Книга Тень железной руки, страница 69 – Илья Карпов

— Не подумал бы, что этот парень способен на такие удары, — опасливо произнёс Альбрехт. — Ох, если б не шлем…

Рия не стала бы с этим спорить: в том месте, куда пришёлся удар железного кулака, зияла глубокая впадина.

Рыцарский меч угодил Эрнивалю в бок, едва не прорубив кольчугу, но уже от следующего выпада телохранитель матриарха ловко отпрыгнул и снова с размаху угодил булавой в шлем противника. На этот раз сир Гримвуд упал на колено от удара невероятной силы. Устремившихся к нему слуг и оруженосца рыцарь остановил жестом руки, после чего с трудом, но поднялся на ноги. Сразу после этого он попытался атаковать, но вышло у него настолько неуклюже, что Эрниваль буквально вышиб меч из рук рыцаря булавой.

Сир Гримвуд попытался было рвануться к лежащему на земле оружию, но третий удар булавой, на сей раз попавший в шлем ближе к затылку, сшиб его с ног и повалил на землю. На этот раз подбежавших слуг останавливать было некому. Они помогли своему господину сесть и сняли с него шлем. Сир Гримвуд поправил съехавший подшлемник, осоловело поглядел на противника и, улыбнувшись, махнул рукой. Оглушительный звук горна возвестил об окончании поединка.

— Победу одержал Эрниваль из Дорема! — провозгласил герольд, и трибуны взорвались овациями.

Когда ликование стихло, победитель повернулся к ложе и громко произнёс:

— Эту победу я посвящаю её святейшеству матриарху Пречистой Агне! Да одарят её боги своей милостью! Да будет к ней благосклонен Железный владыка!

Матриарх довольно кивнула в ответ, и Эрниваль покинул ристалище под одобрительные голоса зрителей.

— И почему я не удивлена исходом поединка, — мрачно сказала Рия со вздохом.

— Порой сила и молодость одерживает верх над опытом, — отозвался Альбрехт.

— Если бы дело было только в этом…

Герольд объявил финальный поединок за звание победителя Железного турнира и его участников: сира Робина Рикера и сира Гильяма Фолтрейна.

Молодой светловолосый рыцарь выбрал в качестве оружия меч, но отказался от щита, заявив, что защитой ему станет любовь прекрасных зрительниц. После этих слов Рия вновь услышала женские вздохи и восклицания.

— Да уж. Девицы его обожают, — бросила она, — вот только вряд ли это действительно поможет в схватке.

— Юноша, несомненно, знает, как завоевать расположение публики, но, думаю, дело больше в подвижности, — задумчиво произнёс Альбрехт. — Гляди, чем собрался вооружиться его соперник.

Сир Гильям примерялся к длинной рукояти огромного, в его собственный рост, меча. Он лениво перекинул его из одной руки в другую, несколько раз взмахнул и, на мгновение задержав взгляд на гарде, развернулся к центру ристалища. Там его, опустив забрало шлема-бацинета, уже ожидал противник. Когда герольд уже подносил горн к губам, король вдруг поднялся с места, заставив трибуны стихнуть.

— Добрые люди Энгатара! — провозгласил он. — Благородные гости столицы! Жизнь каждого из нас в руках богов, но лишь теперь эта рука надёжна, как никогда. Пусть железная длань беспристрастного владыки Калантара определит достойнейшего! И пусть победит сильнейший!

Едва король опустился на место, раздался трубный глас. Поединщики сошлись в яростной схватке, совсем не похожей на предыдущую.

Молодой сир Робин в блестящих латах двигался ловко и расчётливо, быстро нанося удары со всех сторон. Он метил в ноги и подмышки, но сиру Гильяму раз за разом удавалось избегать серьёзных ударов, так что большая их часть приходилась на защищённые места. Фолтрейн, видимо, собирался держать противника на расстоянии, но тот был слишком подвижен для этого.