Книга Пыль дорог и стали звон, страница 101 – Илья Карпов

— Ждём. — Голос наёмника звучал уверенно, будто он несколько минут назад не попрощался с жизнью, вжавшись в этот самый злополучный камень. Ящер, тем временем уже вздыбил спину.

— Ждём!

Чудище выгнуло шею коромыслом, приподнявшись на передних лапах.

— Ждём! Под когти не попадите!

Дракон оторвал лапы от земли, расправив крылья и надув грудь.

— Сейчас! — Прокричал наёмник, рванувшись с места. Короткий рывок, и копьё на четверть вошло в мягкое брюхо. Мгновение спустя там же оказались и остальные орудия. Дракон взревел, издал громкий булькающий звук, испустил пламя в воздух несколькими короткими залпами и пошатнулся. Из-под брюха они выскочили очень вовремя: ящер попытался сохранить равновесие, опустившись на передние лапы, но тем самым лишь ещё глубже вогнал в себя копья. Послышался треск дерева. Голова его металась из стороны в сторону, издавая рёв и шипение, а хвост хлестал по земле с такой силой и скоростью, что мог бы, несомненно, перерубить любого попавшего под удар надвое. Рухнув на землю, дракон яростно щёлкал челюстями и хрипел, обдавая наёмника и остальных зловонным дыханием. Таринор подобрал свой меч и уверенным движением рубанул его по шее. Лезвие не пробило чешую, и наёмник повторил удар, но это тоже ни к чему не привело. Лишь когда он догадался вонзить клинок в выжженную глазницу ящера, шипение и рёв прекратился. Дракон был мёртв.

Таринор сел на землю, бросив под ноги меч.

— Больше я на такое не подпишусь. — Он обернулся к остальным, лицо его озаряла улыбка. — Помяните моё слово.

Ликовать им пришлось недолго. Нужно было как можно быстрее исследовать пещеру на предмет сокровищ, наёмник был уверен, что у всякого уважающего себя дракона они должны быть. Также следовало перевязать руку знаменосцу, собрать то, что уцелело из пожитков и, самое главное, придумать, какую часть чудища можно забрать с собой в качестве доказательства победы над ним. Конечно, можно было просто привести людей лорда Рейнара сюда, но Таринор решил, что будет чувствовать себя увереннее, если сам сможет предъявить неопровержимое доказательство. Отправив Драма в пещеру, а Игната — делать перевязку, он принялся расхаживать вокруг драконьей туши.

— Вон знамя лежит, может, его на бинты пустим? — Спросил Игнат.

— Священное знамя ордена Святой Надежды?! — Воскликнул было юноша, но тут же застонал от боли. — Ладно. Рви. Всё равно ордена больше нет.

Маг приволок красно-жёлтое полотно и принялся рвать его на лоскуты.

— Это почему же?

— Великий магистр мёртв. Рыцари мертвы. А те, что выжили, запятнали себя позорным бегством. Сильмарет… — Знаменосец стиснул зубы, когда Игнат поднял его руку, продевая под ней лоскут. — Сильмарет не одобряет бегства с поля боя. Так что я — последний из ордена.

— Как звать-то тебя?

— Эрниваль из Дорема.

— Это где вообще?

— Это городок в Ригене. В Рихтенштальской земле, если быть точным. На самом деле, я там никогда не был. Вырос здесь, родители у меня оттуда. Сюда приехали ещё до моего рождения. Живут в Энгатаре.

— Ого, в самом Энгатаре. — Задумчиво проговорил Игнат, не отвлекаясь от дела.

— Отец там при Великом Храме служит. Вот я и пошёл в орден, чтобы его не посрамить. Благое дело же.

— И чем же ваш орден занимался? — Вмешался в разговор Таринор. Он решил отрубить драконий коготь и принялся резать палец, что венчал крыло. Можно было, конечно, забрать что-то более уникальное, но глаза были сильно обожжены пламенем, а чтобы выдрать драконий зуб у него просто не хватит сил. Пилить рог тоже было нечем, так что остаётся только коготь.