Книга Пыль дорог и стали звон, страница 121 – Илья Карпов

Пока ведьма поднималась на деревянный чурбак, заменявший скамейку, пока он набрасывал петлю на её шею, пока преподобный говорил что-то толпе, Изра не спускала с инквизитора взгляда, в котором читалась всё то же выражение. И вот, она стояла в своих лохмотьях на шатком куске дерева и, казалось, не замечая озлобленных окриков толпы, смотрела Грегориону в глаза. А он не мог решиться выбить подставку у неё из под ног. Выполнить роль её палача. И палача собственного чувства справедливости. Того, во что он верил все эти годы.

— Инквизитор. Прошу, быстрее. Людям завтра предстоит много работы. Вы ведь знаете, деревенские заботы. — Услышал он голос Джорена Скайна и тут же ощутил, будто Изра смотрит ему прямо в душу. Туда, где покоились воспоминания о детстве, обо всём, что его когда-либо радовало или печалило. Из её глаз покатилась едва заметная блестящая слеза. Плоть Грегориона словно окаменела. Не в силах шевельнуться, он лишь молча увидел, как девушка покачнулась и опрокинула подставку собственной ногой. Верёвка заскрипела, натянувшись словно струна. Тело ведьмы дёргалось и раскачивалось.

— Несмотря на то, что инквизитор не выполнил в полной мере возложенной на него обязанности, казнь преступницы состоялась. Более того, она настолько желала искупления, что сделала всё сама. Теперь она заслуживает прощения, которое я ей и дарую! — Торжественно заявил Скайн под одобрительный гул толпы. Эти слова отзывались эхом в голове инквизитора. Спускаясь, он был переполнен злостью и желанием поскорее покинуть это место. Но тут раздался треск. В воцарившейся тишине десятки взглядов были устремлены на эшафот. Последовавшие за ним хлопок и грохот заставили лорда Скайна обернуться. Обернулся и Грегорион, успевший отойти на несколько шагов от эшафота. На том месте, где мгновение назад состоялась казнь, висел обрывок верёвки, а под ним лежала Изра. Трясущаяся, тяжело и судорожно дышавшая, но живая.

— Чёрт бы тебя побрал… — Прорычал лорд Джорен. — Каким образом?! Впрочем, плевать. Я сам завершу начатое! — Злобно добавил он, обнажая меч.

— Я не позволю! — Грегорион Нокс с неожиданной ловкостью вскочил на эшафот, заслонив собой девушку, и теперь глядел сверху вниз на медленно пятящегося Скайна. — Закон не позволяет повторно казнить пережившего казнь. К тому же, вы сами даровали ей своё прощение. — Холодным тоном добавил Грегорион. Толпа одобрительно загудела.

— Как тысмеешь, инквизитор?! — Злобно рявкнул лорд.

— Но… Он прав. — Из-за спины Скайна донёсся дрожащий голос Преподобного. Лорд обернулся и шагнул к нему, сжимая меч.

— Что ты сказал, Каспар? Я не имею права казнить эту девку?

— Только не повторно. — Священник сглотнул. — И ваше прощение…

— Ты выжил из ума, если вздумал перечить мне.

— Но таков закон. — Лоб старика был покрыт градинами пота, полные щёки дрожали. Молчание длилось недолго.

— Здесь я закон! — Прокричал не своим голосом Джорен Скайн и пнул преподобного в живот. От удара тот взвыл, согнулся пополам и, попятившись назад, рухнул с края эшафота. Одновременно со звуком упавшего тела до ушей инквизитора донёсся отвратительный хруст. Священник был неподвижен, глаза его смотрели в чёрное ночное небо. По толпе прокатился испуганный гомон, началась давка, люди стали кричать и разбегаться.