Книга Божественная Обитель, страница 119 – Оливер Ло

Обе стороны явно были напряжены. Каждый божественный пантеон имел свою правду и сейчас могло начаться самое тяжелое столкновение, которое навсегда пошатнет все Мировое Древо.

— Прекратите! — взревел Ивор так, что даже небеса содрогнулись, услышав его голос.

Из его носа капала кровь. Он все еще был не готов к средоточию стольких божественных аур в одном месте, к тому же почти вся его энергия была истрачена на то, чтобы спасти Морену, а после сражаться с Локи.

Все боги с удивлением посмотрели на смертного, что совсем недавно ступил на этап Божественной Частицы.

Один и Перун вышли на шаг вперед, возвышаясь над воинствами богов. В их облике чувствовалась древняя мощь и величие.

Владыка Асгарда Один был облачен в серебристые доспехи, инкрустированные рунами. Его единственный глаз сверкал мудростью и проницательностью тысячелетнего правителя. Седая борода ниспадала на грудь, придавая суровости. В руке Один сжимал копье Гунгнир, оружие столь могущественное, что одним ударом могло разрушить половину Мидгарда. Этот артефакт делал Одина непобедимым в битве. Рядом с ним возвышался его сын Тор. Могучий бог грома держал в руках свой знаменитый молот Мьёльнир. Одно прикосновение этого оружия могло уничтожить любого врага, разбив его в пыль мириадами молний. На широком лице Тора читалась серьезность и готовность в любой момент броситься в бой.

Напротив предстал Перун, верховный бог славянского пантеона. Он был одет в светлые одежды, расшитые темно-фиолетовым орнаментом. В правой руке Перун сжимал живую переливающуюся молнию. Левая рука покоилась на эфесе меча. Лик верховного бога выражал непоколебимую решимость защищать свой народ любой ценой. Рядом с ним стоял Велес, его ближайший друг и советник. Он был одет в чёрные одежды и держал в руке посох, увенчанный пылающим перламутровым шаром. Взгляд бога был холоден и безжалостен.

Два могущественных пантеона, возглавляемые своими предводителями, стояли друг напротив друга, готовые в любой момент сойтись в битве, которая может перечеркнуть тысячелетия мира между ними. Напряжение накалялось с каждой секундой.

Но тут раздался громкий возглас:

— Прекратите!

Голос Ивора эхом прокатился над поляной, заставив даже небеса на миг содрогнуться. Все боги изумлённо посмотрели на этого юношу-смертного, который осмелился обратиться к ним.

— Ты не имеешь права говорить с богами! Он предатель и хотел впустить Валькирий в Правь — раздражённо бросил Стрибог.

Но Перун остановил его взмахом руки. Лицо верховного бога выражало заинтересованность.

— Как минимум, он твердо стоит и способен громко заявить перед аурой двух великих пантеонов, будучи всего лишь Божественной Частицей. Это заслуживает уважения. Я хочу знать, что скажет это дитя.

Ивор же тем временем прилагал массу усилий. Оба его кладенца и духовная сила работали на износ. Голова шла кругом от того обилия сил, что накрыли поляну.

Локи презрительно фыркнул:

— Это тот самый червь, который мешал мне покончить с валькириями. Не стоит его слушать, Один.

Но владыка Асгарда тоже поднял руку, призывая к тишине. Его единственный глаз изучающе смотрел на Ивора.

— Молчи, Локи. Меня заинтересовал этот юноша. Смертный из чужого пантеона, который рискует жизнью ради спасения скандинавских воительниц, даже несмотря на то, что мы их изгнали. Это необычно.