Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 76 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Понимаешь, для меня мир — это не просто набор предметов и явлений. Это сложная система связей и ассоциаций. Когда я произношу заклинание, я не просто представляю результат, я чувствую, как все эти связи перестраиваются, создавая новую реальность.

В её словах было что-то… необычное, почти поэтичное.

— Но почему именно такие странные фразы? — не удержался я от вопроса.

Карина улыбнулась, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на грусть.

— Потому что я не различаю цвета, Максим. Для меня мир — это оттенки серого. И чтобы компенсировать это, мой мозг создает невероятно яркие образы и ассоциации. Эти фразы — это то, что я вижу, когда использую магию.

Я был поражен. Внезапно многое встало на свои места: её необычные заклинания, её особый взгляд на мир.

— Но как же… — начал я, но Карина перебила меня.

— В магии важно видеть вещи такими, какие они есть, а не такими, какими их видят все остальные. Моя… особенность стала моей силой. Как оказалось, нужно не только понимать законы мироздания, чтобы приказывать реальности, но и чутко ее чувствовать всеми органами. А у меня один нарушен.

Эта девушка была гораздо глубже и интереснее, чем я мог предположить. И подобное заслуживало только уважение.

Наш разговор прервал громкий возглас. Из-за угла вывалилась компания молодых парней, явно навеселе.

Я окинул взглядом троицу подвыпивших парней, которые, пошатываясь, приближались к нам. Их глаза блестели от алкоголя и явного желания затеять какую-то суету.

— Эй, красавица! — крикнул один из них на почти чистом русском. — Чего это ты с этим хмырем делаешь? Пойдем лучше с нами, повеселимся! У нас программа до самого утра.

— Да-да, будет весело. Так сказать, тройное удовольствие!

— Господа, — сказал я, не скрывая сарказма в голосе, — вы, кажется, немного заблудились. Вытрезвитель в другой стороне.

— Ты слышал, Стасек? — рассмеялся один из парней. — Этот русский выскочка нам указывает! А ты не совсем обнаглел, забыл, где находишься? И на каком языке разговариваешь?

Абсурдность ситуации росла. Эти парни говорили на чистом русском, но при этом им не нравилось, что я не разговариваю на польском. Нет, ну какая-то своя логика тут явно имелась. Логика, недоступная здравомыслящему человеку.

— О, вы слышите русскую речь? А я-то думал, что говорю на универсальном языке здравого смысла. Но, видимо, для вас он так же недоступен, как и трезвость в пятницу вечером.

Лица парней покраснели от злости. Они двинулись к нам, сжимая кулаки.

— Ну все, умник, — прорычал самый высокий, — сейчас мы научим тебя уважению к местным традициям!

Карина вдруг схватила меня за руку и прошептала дрожащим голосом:

— Максим, мне страшно. Пожалуйста, разберись с ними!

В тот момент я думал, что мои брови отделятся от лица, потому что я настолько был удивлен, что поднял их очень высоко.

— Серьёзно? Ты же можешь одним заклинанием уложить их всех. Откуда вдруг эта женская хрупкость?

Карина хитро улыбнулась и подмигнула.

— Ты, вообще-то, джентльмен, так что защити свою даму! — она крепче сжала мою руку, на миг прижавшись грудью, причем сделала это специально, после чего отпустила.

— О, не думал, что ты уже моя дама, — усмехнулся я. — Что ж, раз настаиваешь…

Я повернулся к приближающимся парням ровно в тот момент, когда один из них замахнулся, чтобы ударить меня. Я резко ушел вправо, отчего парня по инерции понесло за ударом.