Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 94 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Внезапно я почувствовал чье-то присутствие рядом. Повернув голову, я увидел Яна Корчака, который каким-то образом оказался рядом со мной.

— Впечатляет, не правда ли, господин Темников? — произнес он с легкой усмешкой. — Хотя, должен признать, я ожидал от вас большего энтузиазма. Или, может быть, вы просто хорошо умеете скрывать свои эмоции?

— Может быть, я просто не считаю нужным восхищаться показной роскошью, — ответил я, не сбавляя шага. — Особенно, когда знаешь, какой ценой она достается.

— Осторожнее с такими заявлениями, господин Темников. Здесь у стен есть уши, — прищурился Корчак.

— О, не сомневаюсь, — усмехнулся я. — Но разве не в этом суть нашей работы? Говорить то, что нужно, тогда, когда нужно, и тем, кому нужно?

Он хмыкнул и отстал, быстро растворившись в толпе придворных.

Наконец, мы достигли большого зала. Огромные двустворчатые двери медленно открылись, и мы вошли внутрь. Зал был поистине впечатляющим — огромное пространство, способное вместить сотни людей, было залито светом, льющимся через высокие стрельчатые окна. В центре стоял длинный стол, накрытый белоснежной скатертью и уставленный серебряными приборами и хрустальными бокалами.

У дальнего конца стола восседал сам правитель Польши — невысокий полный мужчина с редеющими волосами и маленькими, бегающими глазками. Его лицо лоснилось от пота, несмотря на прохладу в зале. Он встал, когда мы вошли, и широко улыбнулся, обнажив ряд желтоватых зубов.

Да уж, правители, конечно, бывают разными, но этот создавал впечатление сугубо отрицательное.

— Добро пожаловать, дорогие гости! — прогремел его голос, неожиданно сильный для такого маленького человека. — Прошу, присаживайтесь! Сегодня великий день для наших стран! Мы преодолели долгий путь, как буквально, так и образно.

Мы заняли свои места за столом. Я оказался примерно посередине, достаточно близко, чтобы слышать все, что будет говориться, но не настолько, чтобы привлекать к себе лишнее внимание.

Слуги начали разносить блюда — изысканные деликатесы, названий которых я даже не знал. Вина не было. Оно и понятно. Да и в целом я находил странным то, что банкет был до основного события.

Я осторожно оглядывался по сторонам, пытаясь оценить обстановку. Виктор стоял у стены, внешне расслабленный, но я видел, как напряжены его плечи. Он был готов к любым неожиданностям.

И вдруг я заметил ее. Среди слуг, разносящих блюда, мелькнуло знакомое лицо. Карина. Она ловко маневрировала между гостями, наполняя бокалы и меняя тарелки с таким профессионализмом, будто занимается этим не первый год — вот это подготовка. Наши взгляды на мгновение встретились.

Я постарался не подать виду, что узнал ее. Вместо этого я повернулся к своему соседу справа — какому-то польскому аристократу — и завел с ним непринужденный разговор о погоде и урожае. Тот, кажется, был польщен вниманием с моей стороны

Банкет продолжался, и я чувствовал, как нарастает напряжение. Все ждали момента, когда начнется официальная часть — подписание документов. Я ощущал тяжесть бумаг во внутреннем кармане пиджака.

Наконец советник правителя поднял руку, призывая к тишине, чтобы было оглашено объявление.

Все замолчали.

И именно в этот момент прозвучал громоподобный взрыв.

Оглушительный взрыв потряс стены банкетного зала, заставив меня инстинктивно пригнуться. Штукатурка посыпалась с потолка, словно снег, а в воздухе повис густой дым, мгновенно заполнивший помещение. Я быстро огляделся, пытаясь оценить ситуацию. Странно, но взрыв не причинил серьезного ущерба — скорее, он был рассчитан на то, чтобы посеять панику и устроить хаос.