Книга Законник Российской Империи. Том 7, страница 56 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

* * *

В личных покоях императора Михаил Алексеевич Романов пытался скрыть своё волнение, но румянец на щеках выдавал его эмоциональное состояние.

— Ты уверен в своих чувствах, сын? — император внимательно смотрел на него. — Польский союз важен для империи, но я не хочу, чтобы ты принимал такое решение только из чувства долга.

— Я люблю её, отец, — просто ответил Михаил. — Карина… она не похожа ни на одну женщину, которую я встречал. Она понимает меня, разделяет мои интересы. С ней я чувствую себя… целым.

Алексей Сергеевич улыбнулся с неожиданной теплотой.

— Тогда я благословляю ваш союз. И не беспокойся о политических последствиях — я уже обсудил это с польским послом. Они тоже не возражают.

— Спасибо, отец, — Михаил склонил голову. — Я не подведу тебя. Ни как сын, ни как защитник империи.

— Я знаю, — император положил руку на плечо сына. — И именно поэтому я поручаю тебе особую миссию. В это неспокойное время мне нужен кто-то, кому я могу полностью доверять. Кто-то, кто не поддался влиянию Авроры.

— Ты знаешь⁈ — Михаил вскинул голову.

— Об эликсире и его воздействии? Да, мне докладывали, — лицо императора стало жёстким. — Я не так слеп, как думает моя сестра. Но время открытого противостояния ещё не пришло. Сначала нам нужно собрать все доказательства.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — осторожно спросил принц.

— Поддержи Максима на завтрашнем Совете, — ответил император. — Пётр представит свои «доказательства», и Максиму понадобится союзник. Кто-то, чьё слово имеет вес.

— Конечно, отец, — Михаил выпрямился, в его глазах загорелся решительный огонь. — Я не позволю оклеветать брата.

* * *

А в это время, в своих роскошных апартаментах, Аврора Сергеевна Романова смотрела на собственное отражение в зеркале. Её лицо, сохранявшее молодость благодаря эликсиру, выглядело безмятежным, а губы изогнулись в едва заметной улыбке удовлетворения. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри неё бушевала настоящая буря эмоций — чувство триумфа, смешанное с предвкушением.

Инсценированное покушение прошло даже лучше, чем она рассчитывала. То, что Максим лично вмешался и «спас» её, было неожиданным, но чрезвычайно полезным поворотом судьбы. Теперь весь двор будет говорить о том, как доблестный четвёртый принц защитил свою тётушку от неизвестных злоумышленников. А она, разумеется, будет выражать ему публичную благодарность.

— Наивный мальчишка, — промурлыкала она, поправляя безупречную причёску. — Сам не понимает, как играет по моим правилам. Весь в свою мать — благородный до глупости. И… предсказуемый.

Дверь тихо отворилась, и в комнату вошёл её доверенный помощник — тот самый «охранник», сопровождавший её из дворца.

— Всё прошло как планировалось, Ваше Высочество, — доложил он с поклоном. — Новость о покушении уже распространяется по городу. А принц Максим… он, кажется, что-то подозревает, — осмелился заметить помощник.

— Пусть подозревает, — Аврора вернулась к своему туалетному столику и открыла шкатулку с пузырьками. — Это не имеет значения. Теперь он в ловушке собственного благородства. Он спас меня публично — и не сможет открыто выступить против тётушки, которую только что защитил от убийц.

Она довольно улыбнулась.

— Завтра я распоряжусь, чтобы об этом происшествии узнал весь двор. Героический поступок принца Максима Алексеевича должен быть щедро вознаграждён всеобщим восхищением.