Книга Арсенал Регрессора. Том 4, страница 101 – Оливер Ло

Я посмотрел на Тамамо. Лисица перехватила мой взгляд и чуть кивнула, её иллюзия человеческого облика сидела плотно, но мышцы под курткой были напряжены, и золотистые зрачки превратились в вертикальные щели.

Чжао Вэй атаковал без предупреждения, и его бронзовая кожа вспыхнула алым, покрывшись языками настоящего пламени, которое вырвалось из каждой поры и обтекло фигуру китайского Короля раскалённым доспехом. Форма Огня, первый из Пяти Первоэлементов, превратила невысокого плотного мужчину в ходячую печь, и жар ударил мне в лицо с десяти метров, когда раскалённый кулак полетел мне в висок.

Грань вышла из Арсенала, лезвие перехватило удар, и столкновение двух S-ранговых сил разбросало щебень по площадке. Кулак Чжао Вэя врезался в чёрно-белый клинок, огонь плеснул в стороны, опалив камни, а я ощутил силу удара всем телом, от запястья до поясницы. Меня потащило назад, подошвы проскребли по камням, оставляя борозды.

Он был сильнее меня физически. Даже с четырёхкратным усилением Грани его S-ранговый талант давал больше чистой мощи в ближнем бою, потому что стихийная энергия питала каждое движение дополнительно, накладываясь на базовую силу.

Я оттолкнулся Когтем Фенрира от скального выступа, набрал дистанцию и ударил Божественным Штормом. Грань выплеснула накопленную грозовую энергию, воздух над горной тропой раскололся, и три молнии устремились к Чжао Вэю.

Алое пламя на его коже погасло в долю секунды, сменившись матовой зеленью, и его тело обросло корой плотной древесной брони, характерной для Формы Дерева. Молнии впились в кору, хлынули по ней, обугливая поверхность, но энергия грозы не пробила защиту, а впиталась, разбежалась по зелёным прожилкам и ушла в землю через ноги Чжао Вэя, словно его тело работало громоотводом.

Пентаграмма у-син, где дерево поглощает энергию, а каждая стихия превосходит другую по кругу. Именно этот принцип был в основе его таланта и высокая адаптивность делала его тяжелым противником.

Я сменил подход и ушёл в контактный бой, полагаясь на Раскол. Каждый удар Грани поражал дважды, клинок рубил древесную кору физически, а магическая тень удара подтачивала структуру стихийной энергии. Два удара, четыре, шесть, и на седьмом зелёная кора Чжао Вэя побелела в местах попаданий, Раскол вгрызался в фундамент Формы.

Чжао Вэй отреагировал мгновенно. Зелень слетела с его тела, обнажив тусклую серебристую поверхность Формы Металла. Раскол по-прежнему грыз защиту, но металлическая стихия компенсировала потерю быстрее, чем дерево, потому что металл в у-син рождается из земли и подпитывается ею, а мы стояли на горном хребте, где земной энергии было с избытком.

Удар металлической ладони пришёлся мне в грудь. Я заблокировал Гранью, но сила столкновения подбросила меня на метр, и мне пришлось зацепиться Когтем за валун, чтобы не улететь в ущелье.

— Костя! — голос Тамамо донёсся сбоку, и я увидел краем глаза, как лисица уже вступила в бой.

Линь Мэйхуа двигалась к ней, и воздух вокруг генерала с шрамом вибрировал от невидимых нитей. «Шёлковая Удавка» хлестнула по Тамамо, прозрачные струны ци натянулись между скалами, отсекая пути отхода, и Тамамо нырнула под первой нитью, пропустив её над головой.

Лю Цзянь тоже не остался в стороне. Горсть камней, подхваченных с тропы, вылетела из его руки по расходящимся траекториям, каждый со скоростью пистолетной пули. Тамамо развернулась, хвосты полыхнули золотым пламенем, создавая завесу, и камни расплавились в воздухе, не долетев до цели.