Книга Арсенал Регрессора. Том 4, страница 76 – Оливер Ло

Посох Жуйи мелькнул в небрежном коротком ударе. Тень рассыпалась. Просто перестала существовать, развеявшись чёрным дымом, который ветер унёс в сторону за секунду.

Царь Обезьян опустился на камень, перебросил посох через плечо, почесал за ухом левой ногой и повернулся к нам.

Команда замерла. Роман стоял в боевой стойке, барьер мерцал вокруг него потрескавшимся куполом. Лиза подняла руки, Святое Пламя пульсировало в её ладонях. Тамамо оскалилась, хвосты горели золотым огнём. Рамона держала оба пистолета, белый и чёрный, и её руки подрагивали от напряжения.

Сунь Укун посмотрел на них, на зажатое оружие, на боевые стойки, на барьеры, и расхохотался.

Смех разнёсся по горам, отразился от пяти вершин и покатился эхом по ущельям. Царь Обезьян смеялся, запрокинув голову, хлопая себя по коленям и притопывая ногой, и от каждого притопа земля вздрагивала.

— О-о-ой, — выдохнул он, утирая слёзы лапой. — Ой, перестаньте, вы меня прикончите раньше, чем этот ваш печальный бог с гвоздями в руках! Пушки, мечи, барьеры, огненные хвостики! Вы решили, что я буду с вами драться? Я? С вами? Да я дрался с Нэчжой на его огненных колёсах и с Эрлан-Шэнем, у которого третий глаз видит ложь! Они оба проиграли! — он ткнул посохом в мою сторону. — Но ты, смертный в маске, сделал правильный выбор. Снял печать. Вернул мне мои вещи. Значит, башка у тебя варит лучше, чем у половины Небесного Двора.

Я убрал Грань в Арсенал и шагнул вперёд.

— Тень, которая стерегла подступы к печати, создана извне. Кто-то пришёл сюда до нас?

Сунь Укун перестал смеяться. Его золотые глаза сощурились, и из-за весёлой обезьяньей морды выглянуло древнее существо, пережившее эпохи и помнящее каждого, кто когда-либо пытался его обмануть.

— Приходил, — подтвердил он, перебрасывая посох с одного плеча на другое. — совсем недавно. Человек с силой, какой я раньше у смертных не видел. Он не пытался меня освободить. Он пытался вскрыть печать грубой силой, ковырял её как дикарь ковыряет замок кинжалом. У него получилось проделать трещину, маленькую, с ноготь. Через эту трещину он протолкнул внутрь кусок своей силы, и этот кусок стал моей тенью. Паразит, который жрал мою энергию и расшатывал печать изнутри.

— Зачем?

— А я откуда знаю? — Царь Обезьян развёл руками с видом оскорблённой невинности. — Я пятьсот лет сидел под горой, меня не приглашали на совещания! Но я тебе скажу одно, тот человек, он знал, что делает. Его сила связана с этими местами напрямую, он чувствует их структуру, может на неё давить. Сильный уродец.

Око Бога Знаний работало всё время разговора, фиксируя данные. Остаточная аура в трещинах печати, энергетический отпечаток, который оставил незваный гость. Я сохранил образец в памяти Ока и сопоставил с тем, что рассказала Кассандра в Гонконге.

Кто-то дестабилизирует якорные Искажения по всему миру. Кто-то входит в них, проводит внутри время и выходит, а через два дня Искажение начинает трясти. Тот же почерк, что здесь, грубое воздействие на структуру изнутри, след рейдера с уникальным талантом.

Кто-то принёс Персик Бессмертия Нурарихёну в Киото. Кто-то пытался вскрыть Хуаго. Кто-то оставил проекцию Царя Обезьян, способную копировать S-ранговое существо, а такая сила у обычного рейдера попросту отсутствует.