Книга Арсенал Регрессора. Том 4, страница 89 – Оливер Ло

— Я вижу, что он отдал, — сказала она, и её голос изменился, стал глубже, наполнился тяжестью таланта. — Вы видите поступки, Судья, но не видите того, что он потерял до этой жизни. Бремя, которое он несет. Каждого мертвеца, которого не спас. Каждый рассвет, который встречал, не зная, будет ли следующий. Это не видно на ваших весах, но я вижу сотни оборванных нитей что давят на его плечи, боль настоящая. Они рваные, сросшиеся, залатанные, такие бывают только у тех, кто уже умирал и вернулся.

Судья повернул золотое зеркало к ней, и в отражении я увидел контур её таланта, сияющий силуэт Санта Муэрте, стоящей на границе между мирами.

— Ты видишь то, что скрыто от моих весов, — признал Судья. — Арбитр Смерти свидетельствует за живого. Это допустимо.

Правая чаша дрогнула и потяжелела, весы медленно пришли в равновесие, обе чаши замерли на одной высоте, и по залу прокатился низкий гул, от которого задрожали лампы в нишах.

— Равновесие достигнуто. Вторые врата открыты.

Стена за Судьёй раздвинулась, и мы двинулись дальше, в темноту, рассеиваемую мерцанием ламп.

— Спасибо, — сказал я Рамоне, когда мы остались вдвоём в коридоре.

— De nada, — она пожала плечами, но её руки подрагивали от отката таланта. — Я сказала правду, Костя. Твои нити рваные, я видела это с первого дня, когда мы встретились, но не понимала, почему. Теперь понимаю. Ты уже прожил одну жизнь до конца, да?

Я промолчал, и Рамона кивнула, будто молчание было единственным ответом, который ей требовался.

— Мне не нужны подробности. Мне достаточно знать, что ты не врёшь, когда говоришь о спасении мира. Нити не лгут.

* * *

Третье испытание было боем, и я был ему рад, потому что бой оставался тем языком, который я понимал лучше любого другого.

Круглый зал с куполом, терявшимся в темноте, а стены были покрыты тысячами имён, выбитых арабской вязью, имена воинов, павших в легендарных битвах. В центре зала, на каменном постаменте, лежал Зульфикар. Двуконечный клинок с раздвоенным остриём, тёмная медная сталь, а рукоять, обмотанная зелёным шёлком, пульсировала ровным тёплым светом. Даже на расстоянии я чувствовал его мощь, меч, созданный для того, чтобы одним ударом рассекать мир на правое и неправое.

Между мной и клинком стоял третий страж, и Око вывело его описание, заставившее меня перехватить Грань крепче.

[Зеркальный Воин]

[Ранг: S]

[Описание: Дух-хранитель Зульфикара. Копирует боевой стиль, реликты и физические параметры любого противника. Сражается как идеальное отражение того, кто бросил ему вызов.]

Серебристая фигура без лица, гладкая, и в ту секунду, когда я извлёк Грань из Арсенала, по серебристой поверхности пробежала рябь, передо мной встала моя копия. Та же поза, тот же меч, и даже аура Доминанта удвоилась, потому что Зеркальный Воин излучал давление, идентичное моему.

— Последнее испытание, — голос долетел из-под невидимого купола. — Победите того, кто равен вам.

Зеркальный Воин бросился вперёд, и Грань встретила Грань, чёрное лезвие ударилось о чёрное лезвие, искры полетели в стороны, и я ощутил на себе собственный Вампиризм Власти, мой же реликт, скопированный до мельчайших деталей, тянул энергию при контакте. Удар, парирование, контратака, копия повторяла каждое движение, и каждый мой приём наталкивался на тот же приём, выполненный столь же безупречно.