Книга Алхимик из другого времени. Том 2, страница 8 – Андрей Ткачев, Жан Аксёнов

— Спасибо, — ответил я, только сейчас поняв, где просчитался. — Я тренировался для подобного.

Я только сейчас понял, что все поступающие, чтобы создать печать, останавливаются в работе с ингредиентами. Все, кроме Завьяловой, которая решила сначала воплотить правильную печать, а лишь затем работать с ними.

Собственно, из-за этого последнее зелье получилось только у меня и у нее. Я даже немного перестарался и оно у меня получилось заметно лучше, чем у девушки. Естественно, преподаватели, что присутствовали на экзамене, это отметили.

— Удивительно, сколько простолюдинов прошло в этот раз, — услышал я тихий голос какого-то аристократа, что тоже был среди экзаменующихся.

— Сам в шоке, — ответил ему другой.

Оба парня были явно не из самых больших и знаменитых родов, ибо их гербов я ни разу не видел, а уж что-что, а самые важные в Империи рода я изучил перед тем, как ехать в академию.

Не знаю, чему они удивляются. Как по мне, это вполне закономерный результат. Это для простолюдинов поступление в академию — важнейший этап в жизни, который даст им шанс выбиться, а потому они к испытаниям готовятся целыми днями. А вот для многих аристократов, в их голове, поступление в академию является лишь одним незначительным этапом. И, естественно, они к нему готовятся куда меньше.

Как итог, многие простолюдины при поступлении смогли обойти аристократов. К тому же у этих аристократических родов навряд ли есть деньги на хороших учителей, а значит, что и их преимущество не столь большое, как им кажется.

Проблема была в другом. В моей группе ровно два рода из высших аристократических кругов. Мой и Завьяловой. А что это значит? Что аристократы поменьше явно будут пытаться крутиться вокруг нас, чтобы заручиться поддержкой и связями. Но что-то мне подсказывало, что ни мне, ни Завьяловой это было не нужно.

— И еще, — после небольшой и очень театральной паузы, продолжил старый алхимик. — Комиссия, после долгого обсуждения приняла решение присвоить Дмитрию Аристарховичу Огинскому второй ранг, в качестве исключения и поощрения за его высокие профессиональные навыки.

Завьялова на это посмотрела не очень одобрительно, но быстро отвернулась. Она-то как раз имела до экзамена подтвержденный первый ранг и тоже, как и я, решением комиссии получила второй. Похоже, я кому-то сломал стратегию поступления своим появлением. Остальные-то тоже рангом похвастаться не могли.

Знать бы еще, насколько редкое это исключение, что я перескочил сразу через ранг. И насколько сильно я вообще умудрился выделиться на этом вступительном экзамене… ну да ладно, благо, что дома я подготовил базовое обоснование своих знаний и навыков. А там я уже делом докажу, что являюсь алхимиком куда более умелым, чем им может казаться.

* * *

На следующий день я прибыл на занятие без задержек, потому что было интересно посмотреть, чему же нас будут обучать. Вчера вечером всех расселили по общежитиям и предоставленным квартирам — разумеется, в зависимости от положения в обществе. Для меня же, как представителя аристократии, у которого есть поместье на территории города, сделали исключение и разрешили жить в нем.

В целом, это не было такой уж большой редкостью, ибо как я понял, по меньшей мере, еще несколько аристократов так же, как и я, проживали в своих фамильных поместьях, а не в предоставленном академии доме. Что называется, пользовались своим положением.