Книга Империя #3, страница 22 – Андрей Розальев, Жан Аксёнов

— И раствор вдавливается в дерево, да? — понял любопытный работяга.

— Впитывается, причём очень глубоко, на несколько сантиметров!

Убедившись, что сборку ресивера мужики закончат без него, Николай принялся за установку поплавкового отсечного клапана в верхней части автоклава.

— Критически важный элемент, — объяснял он мне. — Если раствор попадёт в компрессор — ему хана.

Через час я нанёс второй слой гидроизоляции, а после обеда — третий, финишный, с добавлением раствора воска в стироле. Когда смола затвердела — у нас получилось твёрдое, прочное и ровное покрытие, невосприимчивое к химии пропиточного раствора, высоким температурам и гидроударам при сливе.

Вакуумный насос и компрессор заняли свои места на деревянных поддонах в непосредственной близости от автоклава.

— А шуметь не будут? — спросил кто-то. — Может подальше их?

— Будут, — признала Шурка. — Но длинные трассы снижают эффективность, особенно вакуумной системы. Так что придётся работать в наушниках.

Толстые трубы потянулись от насосов к автоклаву, сильфонные шланги связали десятки баллонов с магистралями-коллекторами. Постепенно хаотичная куча оборудования превращалась в единый агрегат.

Кроме собственно автоклава имелся ещё один вспомогательный узел — подогрева раствора. Насос, небольшой циклон для очистки от мусора да бытовой проточный водонагреватель — вот и вся система. В принципе, у нас получился большой водонагреватель на три кубометра… Эх, надо было пенополистиролом колодец обложить, не подумали! Но не откапывать же теперь. Ладно, лето, место сухое — сам грунт послужит теплоизоляцией.

К вечеру система была готова к испытаниям. Николай торжественно объявил о начале приёмочных тестов.

— Сначала проверим герметичность давлением, — распорядился он.

Шурка включила компрессор, и он заработал с характерным тарахтением. Николай открыл нужные краны, воздух устремился в систему. Давление росло медленно — общий объём системы превышал пять кубометров!

Когда стрелка манометра дошла до десяти атмосфер, компрессор отключился. В наступившей тишине все прислушивались. Где-то тихо посвистывало.

— Кто накосячил с резьбой? — грозно спросил Степан, оглядывая мужиков.

Николай обошёл систему с мыльным раствором, ища утечку.

— Вот оно! — воскликнул он, указывая на один из сильфонов. — Недотянут.

Пара поворотов ключа — и свистеть перестало. Давление держалось стабильно.

— Отлично, — одобрительно кивнул Николай. — Теперь проверим вакуум.

Воздух стравили. Шурка включила вакуумный насос, который работал намного тише компрессора. Стрелка вакуумметра поползла влево, и минут за двадцать давление упало до минус 0,95 атмосферы.

Все снова прислушались. На этот раз было тихо.

— Система держит, — доложил Николай. — Можно переходить к гидравлике.

Колодец загодя заполнили водой. Шурка включила систему водоподготовки, насос зажужжал, прогоняя воду через циклон и нагреватель. Разумеется, ждать, когда весь объём прогреется, мы не стали. Работает — и отлично.

Шурка открыла вентиль на трубе, соединяющей бочку с колодцем, и вода с бульканьем устремилась в автоклав, да так быстро, что в колодце возник водоворот, а вода уходила прямо на глазах.

— Как быстро! — восхитился один из наблюдавших.

— Вакуум! — важно ответил ему другой.