Книга Младший сын князя #06, страница 77 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Поздравляю с успешно прошедшей медитацией, молодой господин, — поздравила она меня, не спрашивая, чем именно я занимался. Ведь главное, что я вышел на своих двоих, а значит, всё хорошо. — Вас не было три дня. Может, вы хотите пить или есть?

— Дольше, чем я думал, — ответил я, не чувствуя жажды или голода. По крайней мере, пока, но это было нормально. — Будь добра, найди что-нибудь перекусить из спецпайка и принеси в эту пещеру, — большим пальцем я ткнул на вход в пещеру позади себя.

— Сейчас принесу, — сказала девушка и отправилась за едой, в то время как я вернулся в пещеру.

Ждать долго не пришлось и, плотно поев, я попросил девушку сесть на пол и оголить рукава. Она поначалу удивилась моим словам, но послушно выполнила указания. Дело оставалось за малым — нанести печать на руку и скрыть её наличие от любопытных глаз.

По сути, клятва запрета относилась к рунной магии, и считалась ментальным заклинанием в моём прошлом мире. Хотя рунной магией её можно было назвать с большой натяжкой, поскольку составление клятвы не требовало никаких специальных инструментов. Только определённые навыки и умения от мага.

От меня требовалось только, можно сказать, пальцем нарисовать необходимые контуры на руке девушки, затем влить в них ману вместе с Анной с полного её добровольного согласия, после чего мысленно отдать ей приказ и связать созданное плетение с её разумом.

Звучало всё довольно сложно, но на деле больших трудностей заклинание не вызывало. Мне ведь не требовалось создавать ещё и защиту для заклинания, поскольку очень вряд ли найдётся тот, кто вообще сможет понять, в чём тут дело. Да и после принесения клятвы она становится единой целой с энергетической структурой мага, поэтому избавиться от неё — не самая простая задача.

По крайней мере, я не слышал никого, кто составлял договора на основе клятвы, как это часто практиковалось в моём мире. Правда, там те же маги-аналитики могли пусть и со сложностями, но тем не менее разрушить эту печать, пусть чаще всего это плохо сказывалось на человеке, который принёс клятву, либо же те, кто приносил клятву, могли ловко обойти приказ, если, конечно, знали его содержимое.

В моём случае всё это вряд ли могло произойти. Клятва запрета в данном случае была лишь подстраховкой, чтобы никто ни о чём не проговорился.

Я потратил около десяти минут на то, чтобы создать на руке девушки нужную печать. Анна послушно влила в неё ману, нисколько не сомневаясь в моих действиях.

Когда руны засияли золотистым светом, я отдал ей мысленный приказ — не раскрывать ни один из моих секретов, после чего связал плетение с разумом в момент, когда девушка дала своё согласие. Сияние погасло и начертанные мной руны развеялись, словно чёрная пыль. Оставалось проверить, всё ли сработало как надо.

— Я закончил, — сказал я, вставая во весь рост и наблюдая, как девушка затягивает рукав обратно. — Анна, попробуй рассказать мне мой секрет, что я за эти три дня увеличил свой резерв маны.

— Вы увеличили свой… — она попыталась продолжить фразу, но сколько бы ни старалась, наложенное мной заклинание не давало этого сделать. Из-за этого на ее лице появилось удивление, смешанное с любопытством.

— Это секрет, как именно я это сделал, — подмигнул я девушке и улыбнулся. — Подобный трюк мне придётся провернуть и с остальными слугами, но потом. Сейчас куда важнее заняться твоим магическим развитием. Ты ведь не хочешь и дальше отставать от Тимофея в магической силе?