Книга Младший сын князя #08, страница 100 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Раньше их молчание давило на меня сильнее любых слов. Скажи они, что я виноват в их смерти, и мне стало бы легче. Однако их мёртвые осуждающие взгляды, словно призывали сделать вывод. И от него всегда становилось горько на сердце.

Любое убийство– это груз, который оставляет след на душе. Несмотря на всю подготовку, каждый переживает этот опыт по-своему. В моём случае это стали кошмары, в которых я видел тела убитых мне людей. И к ним я быстро привык, поскольку считал должным убивать солдат альянса.

Но война ужасна тем, что на ней погибают в том числе те, кто успел стать твоим другом. И вот раз за разом переживать их смерть стало болезненным опытом. Их души были свидетельством моей слабости и беспомощности, ведь будь я сильнее, то смог бы уже закончить эту кровопролитную войну.

Сейчас же, глядя в лицо кошмару, я чувствую равнодушие. Это лишь моё воображение и сожаления о том, что я не справился. Теперь же, с высоты прожитых лет, я понимал, что в каждой ситуации делал всё возможное, чтобы спасти как можно больше людей. У меня нет причин сожалеть о том, чего я не могу исправить.

Поэтому вместо того, чтобы стоять как вкопанный и терзать себя, я снова пытаюсь войти в медитативное состояние, и в этот раз с успехом. Я отделяю свой разум от наваждения, после чего пытаюсь вернуть контроль над телом.

Выходит не очень. Меня словно накачали снотворным. Веки глаз упорно норовили закрыться, но я не позволяю себе этого сделать. И очень вовремя, поскольку стоит мне вернуть контроль, как я замечаю химеру, уже готовящуюся убить Робин.

Эта гуманоидная тварь выглядит настолько мерзотно, насколько это вообще возможно. Ни глаз, ни ушей, ни шерсти у неё нет. Вместо рук у него странные конечности, которые чем-то напоминают иглу.

Казалось, что это не химера, а какое-то создание, прибывшее из другого мира. Видимо, не стоит недооценивать фантазию древних магов. Страшно представить, кем это животное было до своей «метаморфозы».

Увы, времени использовать заклинание нет, да и я не в том состоянии, чтобы точно направить заклинание в цель и не задеть при этом девушку. Поэтому я хватаюсь за свой пистолет и делаю выстрел прежде, чем тварь успевает хоть как-то отреагировать.

Мне хватило одного прицельного выстрела ей в голову, чтобы убить химеру. Хотя я сделал ещё несколько контрольных, для уверенности, ибо не факт, что её мозг находился именно в голове, а не где-нибудь в груди.

С каждой новой секундой ко мне полноценно возвращался контроль над телом. Побочные эффекты, такие, как слабость, стали уходить, только вот я чувствовал себя даже чересчур спокойно.

Словно кто-то чужой дёрнул за рубильник и разом отрубил все эмоции. Необычное чувство, на котором я не стал заострять слишком много внимания. Сейчас имелись дела поважнее.

Я послал сигнал жнецам, где лежит убитая мной тварь, после чего подошёл к Робин. Она стояла с закрытыми глазами, но по щекам текли слёзы. Похоже, этот дурман вызывал кошмары у людей.

Недолго думая, я влил ей в рот зелье здоровья, чтобы оно побыстрее вывело из организма неизвестные вещества. Хуже оно в любом случае не могло сделать. Сразу же за этим я положил девушку на плечо и поторопился вернуться в лагерь. В таком состоянии мы точно не сможем сражаться с химерами.