Книга Младший сын князя #10, страница 59 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Шаг, шаг, шаг, снова шаг… Я почувствовал, как на мои плечи давит что-то сверху, будто сам воздух стал тяжелее. Прямо как это делал отец однажды. Боль растекалась по телу, по костям, по каждой нервной клетке. Казалось, что моё тело агонизирует перед смертью.

И всё равно я продолжил шагать дальше вперёд. По сравнению с моей первой смертью, эта боль — ничто. Мне есть что защищать. Отступать назад — непозволительная роскошь.

Шаг, шаг, шаг… Я дошагал до наставника Гиневарда. Глаза мужчины были закрыты. Выглядело так, будто он погрузился в глубокий сон. Вряд ли я на таком расстоянии от игры на гуцине я смогу его вывести из морока.

Я сделал шаг вперёд и почувствовал, как затрещали кости. Это уже не морок, а проявление магии. Либо артефакт, либо часть игры. И опять же, у меня не оставалось выбора, кроме как двигаться вперёд.

Когда осталось десять метров, давление перешло на новый уровень. Мне даже не помогали доспехи. Давление буквально заставляло упасть на колени, но я не позволял этому случиться.

На оставшихся пяти метрах я почувствовал, как по костям пошли трещины. Шаг, шаг, ещё шаг, а затем у меня сломалась левая нога. Я упал, находясь в двух шагах от цели.

Всего на миг, но я вспомнил увиденную недавно сцену со Снежаной. Злость заиграла с новой силой. На лице заиграл скал. Через неописуемую боль я дополз до гуцина и крепко схватил его правой рукой.

Мне хватило одного раза, чтобы вырвать инструмент из рук. Мелодия тут же перестала играть и давление пропало.

Первое, что я увидел — удивлённое лицо девушки, которое быстро сменилась гримасой боли. Да, похоже, это давление было именно что заклинанием. А потеря контроля над плетением никогда не проходит безболезненно.

В корчах она упала и стала кататься по полу. Её энергетические каналы, должно быть, сгорели. Впрочем, меня это слабо волновало. Из-за раны я даже встать не мог, не то, что двигаться. Максимум вылезти из доспехов.

В голове заметались две мысли — убить, пока она ослаблена или попытаться парализовать. Однако ни первый, ни второй вариант выбирать не пришлось. Прилетевший ей в голову метательный нож оборвал её мучения.

— Не знаю, кто вы, но я, Вильям, слуга рода Рязанских, признателен вам за своё спасение, — услышал я старческий голос и, подняв голову, увидел наставника Гиневарда. — Как открыть эти доспехи?

— Я сам, — с этими словами я с горем пополам вылез из брони и упал на землю. Нога из-за действия заклинания сломалась сразу в нескольких местах, не говоря уже о простых трещинах на костях и внутренних повреждениях. — Зелье.

— Сейчас, — как ни в чём бывало, ответил Вильям, и уже спустя несколько секунд поднёс ко мне зелье. — Пить маленькими глотками.

— Хорошо, — послушно ответил я.

После выпитого зелья мне сразу полегчало, и я смог частично вылечить свои раны. Конечно, даже с пятым кругом маны об идеальном сращивании всех костей и трещин речи не шло.

Придётся обращаться либо к Георгию Иннокентьевичу за помощью, либо к Оксане Андреевне. А пока что я мог разве что прихрамывая ходить. О том, чтобы полноценно сражаться в таком состоянии — можно забыть.

— Вам нужна помощь? — поинтересовался Вильям, наблюдая за моими попытками встать и выйти в сторону двери.

— Бегать не смогу. Придётся вам понести меня на спине, — честно сказал я наставнику Вильяма. Такая перспектива не шибко меня радовала.