Книга Профессор магии на полставки, страница 81 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Вместе мы сила! Вместе мы справимся с поставленной перед нами целью!'

На этом письмо обрывалось. Теперь хоть стало понятно, о каких бреднях говорил Аристарх Евгеньевич. Это же пропаганда в чистом её виде. В большинстве своём правдивая, и поэтому наверняка эффективная.

Хотя всё равно возникало ощущение, что текст составлял юный «революционер». Он, конечно, разбрасывался пафосными лозунгами, но по факту вообще ничего не рассказал ни о движении, ни о конкретных целях. Как они собираются освобождаться от аристократии, как будут менять общество? Никакой конкретики, только расплывчатые факты. Спрашивается, почему мне должно быть не плевать?

Хотя это отличная возможность поразвлечься и сделать из ректора ещё большего должника. Можно легко превратиться в шпиона и получше разобраться в происходящем. Тем более я практически уверен, что это в том числе как-то связано с Академией.

— Не думал, что это когда-то скажу, но это отвратительная идея, — сказал Ворон, будто прочитав мои мысли. — Ты же представляешь, чем это может обернуться?

— Конечно. Скорее всего, я встречусь с главой ИСБ, — довольно ухмыльнулся я, потягивая руки. — Мы с ней в хороших отношениях. Слишком хорошо она меня знает, чтобы месить меня в одну кучу с остальными. Тем более после всех пойманных мной преступников.

— Мне кажется, она тебя хорошо знает по совсем другим причинам, — с намёком произнес Ворон, хлопая крыльями.

— Ну что ты начинаешь. Она молода и шикарно выглядит, пусть и слегка старше меня — это совсем мелочи. То, что во время наших постоянных дискуссий и споров возникает страсть, так это нормально. Тем более когда оба этого хотят, — усмехнулся я и подмигнул Ворону, на что тот отвернул взгляд. Не нравилась ему почему-то глава ИСБ, как и любые упоминания о ней. — Всё со мной в порядке будет. Грех отказывать себе в таком развлечении. Тем более оно все равно меня затронет. Не пойду сейчас, они продолжат искать ко мне подход. Знаю я таких настойчивых идиотов, уверенных в своей непогрешимости, проходили.

— Это ты про… — я не дал Ворону договорить.

— Не надо вспоминать эту гадюку, — я скорчил недовольную мину. — Что было в гильдии Алхимиков, то остается в гильдии Алхимиков. Кстати, хорошо что напомнил. Надо будет ещё с главой алхимического корпуса познакомиться после турнира.

— Почему после? — с недоумением спросил Ворон.

— Сейчас в этом смысла мало. А вот когда я возьмусь за алхимию для студентов, делая свои фирменные рецепты, тогда придётся. У Зориной таких ингредиентов точно не будет. Как бы мне самому в Аномалию за ними идти не пришлось. С одной стороны, вроде неплохо, но сколько времени придется потратить.

— Настолько хочешь сделать их сильнее? — прокаркал Ворон, взлетая в воздух и летя вперёд меня.

— Я ж говорил. Взялся делать дело, делай хорошо. Да и от этого никому хуже не станет, — я развёл руками и добавил: — Ладно, надо бы тренировку заканчивать и к ритуалу готовиться. Ещё и к Голицыной заглянуть, обсудить план лекции. Дел невпроворот.

— А простолюдины?

— До завтра подождут, никуда не денутся.

* * *

С княгиней Голицыной разговор прошёл быстро. Она упомянула, что тоже состоит в союзе с графом Оболенским, и что рада меня там видеть. Мы с ней поговорили на обыденные темы, после чего обсудили план лекции. Совместные занятия было решено провести через три дня. Как раз она будет выступать перед непослушной группой старшекурсников, которые по чистому совпадению открыто занимают сторону Чернышева.