Книга Профессор магии на полставки. Том 2, страница 28 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Поддавалась? Да Вельзи из него высосала столько маны, что Волков был вынужден нести Алеева на руках. То, что барьер они смогли пробить только после того, как привели с собой подкрепление, судья тоже не учитывал?

И ведь как назло, ректор не торопился встревать в их конфликт. Судьи действовали как отдельная организация, и повторное вмешательство могло навредить репутации Ланцова и Академии в целом.

Ситуация впрямь казалась безвыходной.

— Уважаемый судья, значит вы утверждаете, что нашествие более сотни големов, истощение половины группы и победа над третьекурсниками в таком состоянии — это постанова? — встрял в разговор Артём, за что Максим был ему благодарен. Слишком много на него навалилось в последнее время, чтобы он продолжал держать голову холодной. — И вы аргументируете это тем, что сущность тьмы заключила контракт с профессором?

— Если брать общую суть, то да, — не почувствовал подвоха в словах низкорослик.

— В таком случае уважаемый судья должен знать, чем контракт отличается от договора, — нахмурил брови Волков.

— Знаю. И что с того? — насупился мужчина, окидывая всех взглядом.

— Не похоже, — задел его Волков, и прежде, чем судья что-то успел ответить, добавил: — Договор означает нерушимую связь между хозяином и фамильяром. Если сущность тьмы не заключила договор, она может заключать контракты с кем угодно.

— Другими словами, сущность тьмы, защищавшая флаг, не могла принадлежать профессору. У Алексея Дмитриевича уже есть фамильяр, — вставила свое слово Лидия. Причём как Максиму показалось, её не столько волновала победа, сколько то, что имя профессора пытались очернить. — Сущность тьмы может иметь несколько контрактов.

— Она всё ещё могла следовать его приказам, так что это ничего не меняет, — продолжал настаивать на своём судья. И почему только их группу так пытаются слить с турнира? Какая в этом вообще кроется выгода?

— Тогда почему нас вообще допустили к соревнованию, если мы физически не могли победить? — немного успокоившись, прямо спросил Максим.

— Я уже сказал. Все вопросы к вашему препода… — мужчина не успел договорить, как вдруг перед Максимом словно из ниоткуда появился Алексей Дмитриевич. Это он что, пробрался на арену с помощью иллюзии и всё это время наблюдал за ними?

— Сколько раз вы ещё собираетесь прикрываться моим именем?

* * *

— Сколько раз вы ещё собираетесь прикрываться моим именем? — спросил я судью, отрубая невидимость, что всё это время скрывала меня. Надо сказать, я в ней сделал большие успехи — как подметил Ворон, меня заметили только несколько человек, в число которых входили Ланцов и Некрасова. — Думаете, я делаю поблажки? Или думаете, студенты просто так называют меня демоном? Может хотите ко мне на занятие прийти в качестве манекена для отработки?

— Вы… Вы не имеете права здесь находиться! — сжал кулачки и как помидор покраснел судья.

Этот низкорослик меня откровенно бесил. Мало того, что он прервал мой досуг с главой ИСБ, так ещё на глазах публики очернил моё имя, думая, что окажется безнаказанным. Да, сейчас, разбежался.

— Да что вы такое говорите, — я недовольно цокнул языком. — Значит приказывать сущности тьмы поддаваться своей группе я могу, а находиться на арене нет? Вы это хотите сказать?

— Покиньте арену! — возопил он, но я практически не обратил на это внимания.