Книга Профессор магии на полставки. Том 3, страница 103 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Извинения приняты, — спокойно ответил я. — Хотя я всё равно не понимаю, как убийство Харона изменило ваше мнение обо мне. Думаю, я и на турнире показал свою силу. Или у вас с ним были личные счёты?

— Были, — едва заметно кивнул Чернышев, после чего сел обратно в кресло. — Этот грязный ублюдок убил моего лучшего друга. Причём не только его. На его счету минимум пятнадцать убитых охотников. Многие из моих бывших коллег мечтали самолично вырвать глотку этой мрази. В жизни бы не подумал, что его убьёт другой маг тьмы.

— Жизнь полна сюрпризов, — тут я развёл руками и серьёзно добавил: — Не все маги тьмы одинаковые. То же самое касается магов крови и трансформации. Любая магия опасна и несёт в себе риски. А вот как ею будут пользоваться, зависит только от людей.

Чернышев секунд десять молчал. Мои слова, само собой, не открыли ему неожиданную истину. Он и сам об этом всём знал.

Он в первую очередь наконец посмотрел на меня с другой стороны. Не сомневаюсь, что до этого мужчина видел во мне малолетнего выскочку, которому плевать на всевозможные последствия.

Теперь он смотрел на меня как на равного себе.

— Спорить не буду, — коротко сказал Чернышев, после чего протянул руку и пододвинул в мою сторону шкатулку. — Это подарок. За упокой моих боевых товарищей. Не ловушка.

— Верю на слово, — спокойно ответил я, спрятав подарок во внутреннем кармане.

Долго разговаривать с Чернышевым не пришлось. Получив шкатулку, я попрощался с ним и направился домой. Послевкусие от встречи осталось такое, будто я только что с противником заключил временное перемирие. Хотя, что-то такое было недалеко от правды.

Вернувшись домой, я в первую сел, вытащил шкатулку из кармана, положил её на стол, открыл и от удивления вскинул брови.

— Вот это подарок так подарок… — прокомментировал Ворон, появившись прямо на моём плече.

— Откуда у него она только взялась? — задумчиво сказал я.

Не думал, что Чернышёв подарит мне жемчужину. Нет, не обычную, как можно подумать. Так называли эссенцию, которая очень долгое время формировалась в плане тьмы.

Как они появлялись, никто не знал, но сама жемчужина ценилась очень дорого. Её без преувеличения можно назвать бесценной. Никто в здравом уме не станет её продавать. Только равноценный обмен или дар.

— Правда что мне с ней делать, непонятно, — вслух сказал я, глядя на Ворона. — Мне она бесполезна. У меня есть ты. Хоть наследникам оставляй, когда они будут.

— Морозовой можешь дать, — предложил Ворон. — Ускоришь её и без того быстрый магический рост.

— Она не выдержит подобное. Да и глупо тратить такой ценный ресурс на такое… — покачал я головой, после чего спрятал подарок. — Ладно, потом придумаю что с ней делать.

Странное, конечно, чувство. Вроде и отличный подарок, а куда его пристроить, непонятно. Не продавать же, в самом деле. Хотя за такой лот аукционные дома друг другу глотку бы перегрызли. Правда, и адекватную цену никто бы не дал.

Ладно, потом разберусь. Сейчас есть другие насущные проблемы. Например та, что у моих студентов с завтрашнего дня начинаются каникулы. Значит у меня всего неделя, чтобы заставить их пройти через ад тренировок и подготовить к лету.

Уж я-то их научу убивать монстров.

* * *

Очень неприятно просыпаться из-за того, что срабатывает защита дома. Ощущения такие, будто тебе спросонья кто-то молотом по голове врезал. Зато быстро приводит в чувства.