Книга Профессор магии на полставки. Том 4, страница 36 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Вопрос с ингредиентами можете считать решённым. Я дам столько денег на закупку, сколько потребуется, — спокойно ответил я, мысленно прикидывая, во сколько нам это всё обойдётся. — С имперской канцелярией, конечно, будет сложнее. Придётся нанять целый штат юристов, чтобы с ними воевать.

— Ну хоть не с Яковлевым, — слабо улыбнулась Зорина.

По большому счёту, он бы ничего не смог сделать. Академия не имела никаких прав на наши исследования. Будь иначе, и мало какой алхимик согласился бы вообще там работать. Это попросту не имело бы никакого смысла.

Академия давала нам оборудование и ингредиенты. Причём последние весьма ограниченно. Чаще приходилось самому докупать необходимое. Взамен она требовала от преподавателей обучать студентов алхимическому ремеслу не за самую высокую зарплату. Особенно для аристократа.

Если бы в свободное время Академия запрещала другим алхимикам проводить опыты, наращивать мастерство и присваивать себе исследования, то сюда попросту бы никто не шёл. Даже ради статуса и наращивания связей. Гильдия могла дать взамен гораздо больше. Поэтому правящему роду пришлось идти на уступки.

Надо отметить, в деньгах от этого они не потеряли, а скорее наоборот. Раньше чтобы привлечь мастера, приходилось очень сильно расщедриться на подарки.

— Недовольства в любом случае будут, так или иначе, — задумчиво сказал я, держа пальцы на подбородке. — О новом зелье уже должны знать в Российской Империи. Три новых патента за год привлекут очень много внимания. Одним наша команда будет просто любопытна, другим интересна, а третьи увидят в нас конкурентов.

— Намекаете, что моя наставница пойдёт против вас? — аккуратно спросила девушка и очень удивилась моей безразличной реакции. Что ни говори, отдых помогает привести мысли в порядок.

— Нет. Я её хорошо знаю. Возможно даже лучше вашего. Она не станет переходить мне дорогу без веского повода, — спокойно покачал я головой. — Я про других алхимиков и аристократов. Первые могут завидовать таланту. Вторые захотят убить, увидев угрозу бизнесу.

— Это вряд ли, — увидев, что я приподнял левую бровь, девушка добавила: — Репутация опережает вас, Алексей Дмитриевич. Мало кому захочется переходить вам дорогу. Пример с Медведевыми ещё свеж в памяти людей. Так что за свою жизнь я могу не переживать.

— Это же значит и обратное, — возразил я. — Те, кто захочет перейти мне дорогу, будут в том числе строить козни против вас.

— Если бы я не была к этому готова, то не соглашалась бы вместе сотрудничать, — высказалась девушка, сев на песок и положив руки на колени. — Меня больше волнует будущее.

— В каком плане? — поинтересовался я и подсел рядом. Что ни говори, а пляж здесь был отличным.

— Можно сказать, я всю жизнь ходила в тени Елизаветы Петровны. Когда моих родителей убили, она была единственной, кто помог мне, — сказала девушка, глядя на луну. — Благодаря ней я стала мастером. Благодаря ней устроилась в Академию. А теперь я наконец-то могу возродить свой род с самого начала. Это… пугает.

Не сказать, чтобы я удивился такому честному признанию. Мы с ней за эти полгода неплохо так сблизились. По крайней мере, о личном говорить девушка не стеснялась.

— Это со всеми так, — развёл я руками. — Когда приходится делать шаг в неизвестность, всегда страшно. Особенно если до этого тебя кто-то поддерживал. Тут уже остаётся два варианта. Или дальше жить в тени другого человека, или что-то менять в жизни. Главное не стоит проделывать весь этот путь в одиночку. Он создан не для каждого. Поддержка близких людей тоже важна.