Книга Профессор магии на полставки. Том 5, страница 18 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Вы сегодня на удивление веселее обычного, — как есть сказал Всеволод и добавил: — Позволю себе спросить. К чему этот подарок? Проверяете, доверяю я вам или нет? — в шутку добавил он.

— Не ищите скрытого подтекста, Ваше Императорское Высочество. Мне просто захотелось подарить печенье и узнать ваше мнение о нём. Не сомневаюсь, что вам и до этого довелось попробовать очень немало разных изысканных блюд, — объяснил я свои действия.

— С последним сложно поспорить, особенно когда больше десяти лет выполняешь дипломатические миссии, — согласно кивнул мужчина, и чуть погодя, взял печенье в руки и надкусил. Улыбка сразу же заиграла на его лице. — Должен признать, очень недурно. Не поделитесь рецептом, чтобы я передал его своим кондитерам? Будет чем удивить иностранных гостей.

— Принесу его в нашу следующую встречу, — кивнул я, после чего вернул себе серьёзное лицо. — А теперь предлагаю вернуться к делу. Что случилось? Что за очередной самоубийца решил, что его жизнь хоть чего-то стоит?

— Корректнее будет говорить «самоубийцы», — сдержанно улыбнулся принц. — Больше всего вашим статусом оказались недовольны Фроловы. Настолько, что их штат юристов выкопал один древний и формально действующий закон. Если император присудил или вернул аристократу княжеский титул, его решение может быть оспорено другими княжескими родами в течение года.

— В каком смысле оспорено? — поинтересовался я. — Они могут силой заставить императора отменить решение?

— Само собой нет, — покачал головой Всеволод. — Этот закон был принят во времена зарождения Российской Империи. Не буду заставлять вас погружаться во все юридические тонкости, иначе мы до вечера не закончим разговор.

— Буду только благодарен, — ответил я и на секунду перевёл взгляд в окно. Машин не наблюдалось, значит мы ехали по заранее подготовленному маршруту. Похоже принц решил совместить два дела. Интересно, и куда он направляется?

— Если быть кратким, то князья могут оспорить решение императора, если посчитают, что кандидат по каким-то причинам не достоин титула. Пока вопрос не будет решён, титул официально считаться незаконным, — Всеволод взял небольшую паузу, прежде чем сделать ещё одну вставку: — Таких прецедентов за последние несколько сотен лет не наблюдалось.

— Допустим, — посмотрел я в глаза принцу. — Только я не пойму, что мешает Его Императорскому Величеству сказать, что закон попросту недействителен и выступает в качестве предлога? Пока будут длиться разбирательства в судах, пройдёт год и проблема решится сама собой. Что мешало так поступить?

— Репутация, Алексей Дмитриевич, — ответил мужчина, после чего медленно моргнул. — Если Романовы перестанут придерживаться своих же законов, начнутся возмущения. Да и зачем так делать, если ситуацию можно обыграть в свою пользу.

Что ж, я и не сомневался, что он захочет так поступить. Это такая возможность поставить оппозиционеров на место, да ещё и чужими руками. Слишком удобно, чтобы ею не воспользоваться.

— Тогда у меня есть ещё один вопрос. Каким образом они собираются его оспорить? В суд меня вызвать? — поинтересовался я.

— Они могут потребовать лишить аристократа титула по двум причинам. Первая — отсутствие нравственности. Однако этого вам не грозит — «Орден защитника человечества» говорит сам за себя. Вторая — из-за недостатка силы для борьбы с монстрами. Как вы понимаете, вас обвиняют в слабости.