Книга Последний из рода. Том 3, страница 116 – Георгий Сомхиев

— Ты их под иллюзией держишь или что-то в этом духе? — спокойным, но твёрдым голосом спросил я, не давая увильнуть от прямого ответа.

— Нет. Они пришли… По своей воле. Чтобы помочь, — покраснев, сказала девушка и неловко постучала друг об друга указательными пальцами, при этом резко отвернув взгляд низ.

Не знай я, что она мой похититель и скорее всего убийца, то посчитал бы эту сцену даже милой и забавной.

— Значит ты отправила мне письмо, что якобы держишь в заложниках близкого мне человека, а теперь заявляешь, что они пришли по своей воле помочь тебе? Помочь в чём? Может схватить меня или убить? А? — стал я медленно приближаться к ней.

— Я… Н-нет, вов-се не не так… Я… — возле глаз девушки резко стали собираться слёзы и она заплакала навзрыд, чем вконец ошарашила меня и ввела в ступор.

Если это и была актёрская игра, то на высшем уровне.

— Опять двадцать пять… — оторвавшись от своего спора, сказал Мит, и обратился ко мне. — Разрешите расскажу как было.

— Говори, — кивнул я и Мит начал рассказ.

Не вдаваясь в подробности, Елена ворвалась в комнату Мита, где её каким-то образом почувствовал Барсик.

Она вынужденно раскрыла себя раньше времени и попросила Мита в помощи встретиться со мной. Мол нужно только подыграть, чтобы я точно пришёл.

К её удивлению, помимо Мита и Барсика, в комнате резко оказалась сама Виктория, которая почувствовав неприятную ауру, стала следить за происходящим.

Затем, притворившись студенткой, они оба пришли в это место. Стол и стул хранились у Виктории в пространственном артефакте, а сладости взяли чтобы не было скучно ждать.

Однако толком причину со мной увидеться она назвать не могла, потому что почти сразу же начинала плакать.

Вот так они оба оказались впутаны в историю, которую ещё предстояло разобрать.

Да, я мог попытаться её убить, но делать сейчас подобное было бы неправильно. Сначала надо понять мотив, а уже потом действовать.

Поэтому я спросил прямо:

— Хорошо, вот он я тут. Дальше что? Зачем ты развела всё это шоу? Зачем было привлекать посторонних людей? Что тебе от меня надо? Даже не пытайся что-то скрыть, — сказал я и хотел схватить её за одежду, чтобы привести в чувства, но вместо этого резко одёрнул себя.

Стоило мне увидеть её заплаканное лицо, как я понял — передо мной стоит не та убийца, что пыталась меня похитить.

Вместо этого я скорее увидел потерявшего смысл жизни человека. Безвольного и слабого, которого даже если попытаешься убить, тот не станет сопротивляться.

Подобное было трудно не узнать, если хоть раз сталкивался с этим.

И с этим увы, мне доводилось сталкиваться в своём клане. Ещё когда он полноценно существовал.

Подобной участи я не пожелал бы даже врагу. Ибо подобное существование даже хуже смерти.

Хотя правильнее будет сказать, что смерть — это избавление от мук такого человека.

Здесь был очень похожий случай, но именно что похожий.

Она будто искала новую цель в жизни, но сама не понимала, чего вообще хочет.

Не удивлюсь, если её использовали как оружие с минимумом эмоций, и не позволяли сближаться с людьми.

Другой вопрос — почему тогда не избавились, как от ненужного свидетеля? Тем более с таким артефактом.

Как ни посмотри, что-то не складывается.

— Уважаемая Елена, это не моё дело, но всё-таки не стоит давать порой так брать эмоциям вверх. Я понимаю что вы чувствуете. И поэтому говорю, что лучше взять себя в руки сейчас, чем жалеть потом. А плакать… Плакать лучше в тишине. В одиночестве. Там, где можно уединиться с мыслями, — сказал Мит, утешительно стуча ей по плечу.