Книга Последний из рода. Том 4, страница 120 – Георгий Сомхиев

С момента, как я прыгнул в тот колодец, прошло десять лет. Целых десять блин лет… Мне уже практически далеко за тридцать… Как же всё-таки пролетело время, и сколько чего успело приключиться.

Эх, я теперь начал понимать Хендрика, когда он начинал говорить как старик. Время не щадит никого. Вообще никого. Но ещё хуже тебя не щадят твои же дети, требующие всё твоё внимание. Особенно когда ты пропустил рождение своего первенца. Впрочем, чего я забегаю вперёд.

Обо всём надо по порядку, это уже стало для меня прописной истиной.

Что надо отметить первым делом — перерождение заняло три года. Причём из-за того, что я поторопился, далось оно мне с огромным трудом.

Те же монстры чуть не растерзали мою бедную тушку, сволочи! Хорошо хоть рядом была Наставница, поздравившая меня с тем, что всё получилось.

Я тоже был несказанно рад, ибо по сути занимался чем-то невероятным. Тот факт, что я просто сам по себе смог уничтожить «геном», отствененный за мутацию маны, было чем-то на грани невозможного. Однако у меня получилось. Я даже закрыл сюда всевозможные проходы, по крайне мере до того момента, пока наш мир не восстановится.

После этого я даже вновь встретился со своим прародителем. Мы поговорили немного по душам, он дал мне пару добрый наставлений, поблагодарил и видимо отправился навстречу Императрице теней.

Ну а что я? Я оказался немного заперт в ловушке, чудов не лишившись души. Не буду описывать, каким трудов мне стоило её восстановить по кусочкам, но это получилось. А затем я вернулся домой, чтобы зажить счастливой семейной жизнью и порадовать всех своим неожиданным появлением.

Ага, как же… Нет, в первые минуты встречи да, все, кто меня видел и был для меня близок, искренне радовались и плакали от счастья. Только ключевое тут — в первые минуты. А дальше были попытки избить ослабленного меня и запытать до смерти, потому что я тварь такая и ублюдок, не удосужился даже нормально попрощаться.

Вот так блин встречали спасителя мира!

Хотя грех жаловаться, я и впрямь поступил тогда крайне эгоистично. С другой стороны не мог я смотреть этим людям всем в глаза и сообщать, что иду на настолько самоубийственную миссию, что дальше уже некуда.

Затем я встретился с Мари… Она была единственной, кто не кричала на меня, а просто ждала и верила, что я вернусь. И держала она на руках моего мальчика… моего первенца. Честно говоря, мне казалось, что более счастливого человека в тот момент было не найти. Во мне будто заиграло что-то новое. Заиграли неизвестные до этого чувства.

Однако потом начались бессонные ночи. Особенно было больно, что я пропустил первые годы жизни ребёнка. Так уж получилось, что я для него был чужим человеком и подобное было очень трудно исправить. Но я честно старался. Хотя бы в те моменты, когда ситуация не требовала моего личного присутствия.

А дальше, спустя ещё семь лет, началась спокойная полоса жизни, как я её называл. Старшему было девять, а младшей шесть. Мы вместе с Мари стояли на поляне и наблюдали за тем, как наши дети играют на полянке со своими ровесниками — другими детьми моих и её друзей. И по сути это был наш маленький с ней рай.

Конечно же надо хотя бы мельком обмолвиться о том, что с кем стало — иначе куда это годится?

Что ж, начну пожалуй издалека. С Мита и Елены.