Книга Последний из рода. Том 4, страница 31 – Георгий Сомхиев

— Да вы оптимист, учитывая, сколько чужеземцев затесалось среди нас. Они только ждут момента, чтобы ударить нам в спину. Клянусь первым Императором, добром это не кончится.

— Я знаю, старый друг. Я знаю. Увы, есть вещи, где я бессилен. Невозможно бороться с бесконечными ордами монстров, воевать с Императрицей Тьмы и Орденом Света, и при этом каждого подозревать в предательстве. Всё, чего я этим добьюсь — это поражения по всем фронтам.

— Ох… дружище, ты же понимаешь, что они тебя убьют. А как же твой сын? А твоя дочь? Что им должны сказать? Что их отец струсил перед мятежом? Что его подданные поддались сладким речам?

На лице Императора дрогнула слабая улыбка.

— Магнус… Есть вещи, которые важнее собственной жизни. Я Император. Если своей смертью я спасу сотни миллионов жизней — я сделаю это. Я — необходимая жертва. Я заберу их всех с собой. Чтобы дать шанс человечеству.

— Ох… Ты всё такой же старый дурак, затирающий мне уже который год про самопожертвование. Впрочем, не самая плохая кончина, — похлопал Магнус Императора по плечу.

Картина резко стала расплываться и сменилась новой. Магнус стоял возле могилы, а рядом с ним будто находилась молодая версия Императора. Парню было от силы двадцать лет.

— Поверить не могу, что он решил нас так бросить, — сказал этот паренёк, пытаясь сдержать слёзы.

— Я тоже так сначала думал… Твой отец спас всем нам жизни. Если бы не его жертва, то Империя перестала бы существовать.

— Дядя Магнус, он выбрал лёгкий путь. Вы это прекрасно знаете.

— Тяжелый путь не всегда правильный. Рано или поздно до тебя дойдёт, как дошло и до меня.

Сцена снова стала растворяться в воздухе и я увидел очень постаревшего Магнуса, держащего в руках лук. Рядом с ним находилась та самая колонна, к которой я прикоснулся, а позади него армия, состоящая из сотен людей.

— Сегодня нас ждёт решающее сражение. Вы знаете, что произойдёт. И я знаю, что не смогу повлиять на свою судьбу. Однако ещё кое-что я могу сделать. Пусть каждый из вас оставит здесь частицу своей воли для будущих поколений. Сделаем так, чтобы наши потомки смогли закончить начатое нами дело, — сказал Магнус и оставил свой лук возле колоны.

Следом за ним все солдаты резко ударили себя кулаком по груди.

— За будущее Вальмонда! — прокричали они.

Это воспоминание также рассеялось и за ним появилась тьма, возле которой стоял сам Магнус. Однако в нём не чувствовалось ничего живого, как при встрече с Вальмондом Робедой. Словно кто-то просто сделал запись.

— Рад, что тебе пригодилось моё искусство. Хотел бы я с тобой поговорить вживую, узнать, что стало с моей страной, но сам понимаешь… Я не мастер говорить речей, но позволь сказать тебе одно. Возьми мой лук и добейся того, чего не смог добиться ни я, ни императорская семья, ни наш с тобой первый предок. Спаси этот мир, — сказал он и навсегда рассеялся в пустоте.

Сразу после этого меня выбило обратно в родной мир. Только теперь меня волновало совсем другое. Не лук или речи про взять судьбу в свои руки, нет. Чужеземцы? Откуда там могли взяться чужеземцы, когда Робеда объединил всю страну?

Подобное я объяснить только одной теорией, и то что у неё раз за разом всё твёрже становилась почва под ногами, меня совсем не радовало.

— Судя по твоему взгляду, ты увидел кое-что интересное, — сказала Наставница, будто прочитала мои мысли по моему лицу. — Это связано с тобой. Не переживай — узнаешь обо всём сразу же после того, как победишь некроманта.