Книга Князь Целитель 2, страница 95 – Андрей Ткачев, Сергей Измайлов

Только сейчас разглядел на её лице отпечаток от респиратора по всему периметру. Взглянув в зеркало, убедился, что у меня то же самое. Только я просто потёр щёки и махнул рукой, а для девушки это была серьёзная проблема.

Из ящика стола на его поверхность перекочевала куча косметических средств, и по мановению руки алхимическая лаборатория превратилась в косметический салон. Я решил не мешать девушке приводить себя в порядок и направился в ординаторскую. А то еще попробуй что-то скажи — сразу врагом номер один станешь.

На креслах полулежали обессиленные ординаторы, на диване лицом в подушку лежал пластом Анатолий Фёдорович. Глядя на них, можно было подумать, что они только что разгрузили вагон с цементом.

— Предатель! — выдавил из себя едва приоткрывший один глаз Василий Анатольевич.

— С чего это вдруг я предатель? — поинтересовался я, стараясь говорить спокойно.

— Ты не пришёл на помощь, когда это так было нужно, — обессиленно пробормотал Василий Анатольевич. У него даже на возмущение энергии не осталось.

— Угомонись, Вася! — рыкнул оторвавший лицо от подушки Герасимов. — Что ты везде лезешь, где тебя не просят? Это я ему приказал заниматься эликсиром!

— Я не знал, — ещё тише пробормотал ординатор, тяжело вздохнул и снова закрыл глаза.

— Ну, вот и молчи! — буркнул Анатолий Фёдорович, со скрипом поднимаясь с дивана. — Нас тут реально ушатали, Ваня, — сказал он, качая головой. — Но я прекрасно понимаю, в отличие от некоторых, что, если не сделать этот несчастный эликсир, весь Каменск со временем превратится в Бедлам. Мы уже изо всех отделений повыгоняли пациентов, госпиталь теперь битком забит уставившимися в пустоту солдатами. Что там с эликсиром?

— Сделали, — коротко ответил я, присев на стул.

На столе стояла остывшая и совсем нетронутая картошка, тушёная с мясом. Значит, на ужин у них просто сил не хватило. Ну и зря, быстрее бы восстановились. А я как раз проголодался, поэтому подвинул одну тарелку к себе поближе и начал греметь ложкой. Видимо, издаваемые мной звуки раздразнили моих коллег, они охая и кряхтя поднялись со своих мест и тоже сели за стол.

Моя тарелка была уже наполовину пуста, когда я спохватился, схватил ещё нетронутую порцию и убежал в лабораторию. Вялый комментарий Василия Анатольевича на эту тему я не расслышал.

Женя так и сидела перед перегонной станцией и с апатичным лицом разливала густую фиолетовую жидкость по пробиркам. Я бесцеремонно поставил тарелку прямо перед ней, введя девушку таким неожиданным действием в ступор. Но стадия принятия продлилась недолго, она схватила ложку, буркнула «спасибо» и совсем не по-аристократически начала уплетать остывший ужин.

Я решил оставить её наедине с калориями и вернулся в ординаторскую, но стоило мне только снова взять ложку в руки, как в кармане зазвонил телефон. Это был майор, наконец-то.

— Операция подтверждена, завтра за тобой заедем в шесть, — коротким речитативом произнёс майор и сразу бросил трубку.

— В шесть утра? — спросил я у коротких гудков, потом вернул телефон в карман. — Глупый вопрос, не вечера же.

— Куда это ты опять собрался? — язвительно спросил оживший Василий Анатольевич.

— Вась, ну сколько тебе ещё раз говорить? Заканчивай! — раздражённо на повышенных тонах произнёс Герасимов. — Если тебе здесь не нравится, пойду к главному с прошением перевести тебя в какой-нибудь медпункт полка. Будешь круглосуточно впахивать, чтобы не было времени на глупые мысли и ненужные вопросы!